Наследие проф. Ф.В.Кондратьева

Из сборника «Люди погибели. Сатанизм в России: попытка анализа». - М., 2002. - С. 7 – 93.

САТАНИЗМ КАК РЕАЛЬНОСТЬ И “САТАНИЗМ” КАК ПСИХИЧЕСКОЕ РАССТРОЙСТВО
ФЕДОР КОНДРАТЬЕВ

Автор этой статьи, Федор Викторович Кондратьев — доктор медицинских наук, заслуженный врач Российской Федерации, профессор, руководитель экспертного отделения Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского.

Судебной экспертизой Федор Викторович занимается более 40 лет. При этом последние 5 лет он, по собственному выражению, “в связи с активным прозелитизмом тоталитарных сект и вредным их воздействием на здоровье граждан РФ, сконцентрировал внимание на их деятельности”. Проводил по поручению Прокуратуры экспертизы в отношении ряда сект: “Богородичного центра”, “Свидетелей Иеговы”, сайентологов, а также лиц, принадлежащих к различным сатанистским течениям.

Со своими предложениями о внесении поправок в проект ныне существующего Закона “О религоиозных объединениях” Кондратьев неоднократно выступал на парламентских слушаниях. Также известен он, благодаря своим выступлениям по данной теме в российских и зарубежных средствах массовой информации.

Статья его, вошедшая в этот сборник, характерна, прежде всего, тем, что в ней Федор Викторович, сам будучи человеком, безусловно, верующим, православным, стремится представить анализ сатанизма как явления современной действительности, одинаково доступный для восприятия как людей церковных, так и не религиозных. Кроме того, настоящий труд представляет весьма значительный интерес и по той причине, что в нем автор использует не только работы и исследования западных коллег-психиатров, но и собственный, по-своему уникальный фактический материал. Его источник — непосредственное общение с людьми, исповедующими сатанистскую идеологию, опыт наблюдения за ними и изучения их психологии.


Исходные позиции научного подхода к изучению проблемы сатанизма

Проблема сатанизма существует, она более чем сложна, поэтому хотелось бы, чтобы эту статью, да и весь сборник, прочли люди самых разных взглядов — как религиозные, так и равнодушные к религии.

Разумеется, я отдаю себе отчет, что кто-то (кто возьмет его в руки в силу профессиональной необходимости или привлеченный остротой темы) увидит в нем лишь очередную порцию “опиума для народа”. Для этих людей сатана — миф, религиозный предрассудок. Однако для других сатана и подчиненные ему темные силы — реально существующее явление духовного мира, не замечать или отрицать наличие которого было бы, по меньшей мере, легкомысленно. (Есть, впрочем, и такие, у кого сама мысль о том, что около них постоянно вертятся бесы, ищущие их погибели, вызывает панический страх, чего одобрить нельзя никак). Для иных же, признающих в принципе бытие Божие, сатанизм предстает лишь как некая форма противостояния Богу, а мир падших духов в реальности как бы не существует. Можно допустить, что представления людей о сатане и сатанизме даже в рамках одной религии и конфессии могут чем-то отличаться. Поэтому сразу же сделаю оговорку: научный анализ, который я пытаюсь представить здесь, исходя из моей компетенции светского ученого, психиатра, не выходит за четко определенные рамки предмета исследования. Надеюсь, что результаты этого анализа будут равно приемлемы как для людей глубоко религиозных, так и для неверующих.

* * *

Начну с положений, по-видимому, бесспорных даже для представителей противоположных мировоззрений.

Что такое сатанизм? Прежде всего, духовная ориентация, ориентация отдельного человека, групп и сообществ, государств на деструкцию, разрушение. Противоположная духовная ориентация — на любовь. Я исхожу из общепринятого определения, согласно которому Бог есть Любовь, сатана же — противник этой Любви, стремящийся уничтожить все, Ею созидаемое. Вот базовая, изначальная позиция при рассмотрении проблемы сатанизма, позволяющая понять внутреннюю суть этого явления. И вот почему настоящая проблема в своем роде, можно сказать беспредельна — как в историческом, так и глобальном плане.

Человек постоянно находится внутри некоего нравственного пространства с двумя духовно противоположными полюсами, между которыми ему приходится выбирать. Иными словами, перед человеком постоянно стоит проблема свободного духовного выбора.

В этом выборе сталкиваются два начала, два чувства человека, которые при поверхностном взгляде могут даже показаться сходными: чувство собственного достоинства и гордость. Однако, если первое идет от осознания себя созданным по образу и подобию Божию, то вторая — главный соблазн, посредством которого сатана воздействует на людей. Суть этого соблазна в том, что сатана внушает человеку: “Ты — вовсе не любимое творение Божие, обязанное во всем следовать Его воле, но существо самостоятельное, самодостаточное, более того, ты сам можешь быть богом”. Гордость приобретает в человеке самые разнообразные формы, носит характер как скрытый, так и явный, но цель ее всегда — удовлетворить чувство собственного превосходства: над другими людьми, природой, и даже — над Богом.

История — и библейская, и самой цивилизации, богата примерами того, как эта страсть — гордость — становилась главной движущей силой, основным мотивом человеческой, в том числе общественной деятельности — будь то строительство Вавилонской башни или предвыборные кампании настоящего времени. Можно сказать, почти вся история из подобных примеров и состоит — от первых до последних страниц.

Чтобы сделать понятным свой подход к проблеме сатанизма, использую прием аналогии — это позволит мне обозначить границы, внутри которых я — как светский ученый, а не как духовное лицо — могу рассматривать данный вопрос.

Убежден, что для абсолютного большинства непредвзято мыслящих людей коммунизм — это миф, идея, которая не может быть реализована никогда уже потому, что она противоестественна по своей сути (коммунизм предполагает равенство во всем, хотя в живом мире равенство невозможно, равенство — это остановка, которая может иметь место только по смерти). Но идея коммунизма живет испокон веков и, судя по всему, жить будет долго. Людей, исповедующих эту идею и готовых биться за нее, история знала и знает предостаточно. Они не только сами шли в бой, но и погубили за свою идею не один миллион жизней. Это — реальность, хотя коммунизм всего лишь идея, миф.

Так я рассматриваю и сатанизм — как духовную ориентацию, идею, но вижу за ней реальных людей, во имя ее готовых жертвовать жизнью других и даже всего человечества. И в дальнейшем речь будет идти лишь о том, что является несомненной реальностью наших дней: массовом распространении идей сатанизма, конкретных носителях этих идей, их практике служения сатане и ее жертвах.

* * *

В средствах массовой информации часто проскальзывают сообщения о ритуальных убийствах, совершенных сатанистами, о надругательствах над христианскими святынями, об осквернении могил, на которых стояли кресты. Однако очень редко можно услышать, что тем или иным судом вынесен обвинительный приговор по уголовному делу подобного рода. Как правило, даже если уголовные дела и возбуждались, более того — доходили до суда, там они, говоря на языке адвокатов, “рассыпались”. Как обвиняемые, так и свидетели начинали отказываться от данных ранее показаний. Обвиняемые утверждали, что оговорили себя под давлением следователей. Свидетели вдруг “вспоминали”, что... ничего не знают. И это, к сожалению, не удивительно: что “хорошая” работа адвокатов и прямое запугивание свидетелей могут “рассыпать” любое обвинение — даже в самом очевидном преступлении — я знаю по своему сорокалетнему опыту работы судебным экспертом. Но меня пугает еще и другое: отсутствие информации о завершенных расследованиях уголовных дел по преступлениям сатанистов может создать впечатление, что все эти истории — не более, чем выдумки журналистов.


Современный сатанизм (конец ХХ столетия) и его истоки

Существуют теории, которые говорят о некоем “культовом возбуждении” как признаке грядущих социальных потрясений. В качестве примера можно привести процветание экзотического оккультизма среди вырождающейся и деморализованной аристократии в королевской Франции в преддверии революции или — его процветание в России накануне аналогичных же событий. Но есть и другая зависимость: как правило, неортодоксальные религиозные группы начинают успешно завоевывать себе сторонников по мере того, как приходят в упадок основные, традиционные религии. На Западе временем упадка основных церквей и роста различных спиритуалистических и многочисленных неокультовых групп стали 20-е и 70-е годы ХХ столетия.

В послереволюционной России дело обстояло по-другому. Во все годы существования коммунистического (а следовательно — и атеистического) тоталитарного режима в равной степени жестокому гонению подвергалось все, что не соответствовало материалистической “догматике” — как традиционные религии, так и любые культовые образования мистического характера. Однако крах тоталитарной системы и Закон РСФСР “О свободе вероисповеданий”, принятый в 1990 году, на волне необузданного либерализма, создали на фоне обескровленного состояния традиционных религий крайне благоприятные условия для распространения на российском духовном поле различных культовых новообразований, в том числе — и сатанистского толка. “Успех” им был обеспечен: все они имели и имеют мощное финансовое подкрепление (в основном из-за рубежа) как для собственного роста, так и для содержания армии адвокатов, экспертов, журналистов, их распространение лоббирующих.

С деятельностью этих новых по сути для России культов за время “религиозной свободы” российское общество отчасти уже успело познакомиться. Для многих граждан нашей страны знакомство было весьма печальным, если не сказать — трагическим: едва ли не все религиозные (а точнее — псевдорелигиозные) объединения “нового толка” носят тоталитарный характер, имеют четко выраженное деструктивное направление. Но при всей пестроте и разнообразии, при всей опасности, которую представляет большинство из них как для государства в целом, так и для каждой отдельной личности, безусловно, в особый ряд выделяются секты и сообщества сатанистской направленности.

Если всмотреться в “новейшую” историю сатанизма, можно увидеть, что подлинный расцвет его приходится на вторую половину ХХ столетия и место этого расцвета — Соединенные Штаты Америки. Отмечается, что в 60-годах там произошли три существенных сдвига в общественном менталитете, а именно: “Красный мятеж” — требование абсолютного отделения Церкви от государства; “Черный мятеж” — стремление к этническому, социальному и экономическому равенству или, по крайней мере, терпимости; “Зеленый бунт” — требование сексуального освобождения, сочетавшееся с вызовом по отношению к традиционной религии со стороны восточного мистицизма, который, видимо, придавал своего рода осмысленность наркотическим галлюциногенным опытам молодежи.

Оглядываясь назад, можно сказать, что “Зеленый бунт” дополнил, завершил “Черный мятеж”, помог сделать Америку намного более “терпимой”. Он, если можно так выразиться, “одухотворил” гедонизм и нравственный релятивизм, создав пространство для движения New Age (“Новый Век”), девиз которого: “Делай свое собственное дело”. По сути это призыв к новой, неосуждающей порок, антиинтеллектуальной духовности: “Если что бы то ни было доставляет тебе удовольствие — делай это сейчас и здесь”. “Зеленый бунт” фактически уничтожил в общественном сознании Соединенных Штатов нравственные ограничения традиционной религии. “Черный мятеж” с помощью “Зеленого” повысил терпимость ко всему нетрадиционному, как бы смягчая коллективное чувство вины Америки за долгую историю расовой, этнической и религиозной нетерпимости. Все эти мятежи обозначили начало смены религиозных устоев США. Если прежде Америка была страной, в которой преобладали христианство и иудаизм, то теперь это преобладание резко ослабилось, она сделалась страной религиозно полиморфной; в обществе центральную позицию заняла ориентация на блага исключительно материального, сиюминутного характера.

Постепенно в США образовался своего рода религиозный “рынок”,— о его возникновении первыми заговорили сами американцы, на котором опытные предприниматели от религии обеспечивают потребителям широкий выбор своего “товара”, превращают религии в своеобразный “продукт”, отвечающий вкусам и предпочтениям той или иной прослойки. Рост числа неокультовых групп — естественное следствие возникновения свободного рынка вероисповеданий. Но по существу, возник какой-то дикий базар, на котором искренние и ответственные религиозные деятели, скорее всего, играют вторую скрипку по отношению к знающим рынок и неразборчивым в средствах мошенникам, шарлатанам и самозванным “пророкам”, процветание которых впрямую связано с облегчением кошельков их последователей. Для таких манипуляторов, многие из которых заняты деятельностью, носящей ярко выраженный криминальный характер, религия становится наиболее предпочтительной сферой реализации их коммерческих интересов. Почему? Необходимо назвать две причины.

Во-первых, глава религиозного объединения определенной направленности, получает в свое полное распоряжение целую армию последователей. Более того, ему гарантирована возможность осуществлять неограниченный контроль за деятельностью адептов движения и направлять их поведение в нужное русло, изменяя их фундаментальные религиозные верования. (Опыт показывает, что подобная практика воздействия на человеческое сознание оказывается гораздо эффективнее и действеннее, нежели фронтальная атака на индивидуальные ценности, установки и поведенческие склонности). Таким образом лидер культа, имеющий в подчинении значительное число абсолютно управляемых и предсказуемых приверженцев, приобретает исключительно благоприятные возможности для реализации личных задач — идет ли речь о простом наращивании капитала, борьбе за сферы влияния или борьбе за власть.

В Соединенных Штатах религия защищена Первой поправкой к Конституции, религиозные организации освобождены от уплаты налогов и это сулит ловкому и беспринципному дельцу-сектостроителю такие выгоды, каких не могли бы обеспечить ему даже самая дорогая общественная информация и юридические эксперты. В условиях запутанного и необузданного религиозного рынка культовые лидеры и деятели, претендующие на то, чтобы стать ими, легко маскируются, скрывая от возможных последователей свое истинное лицо и истинные, вполне меркантильные цели.

Во-вторых, в духовной сфере назрел кризис: люди не видят, чтобы институты общества, в котором они живут, сохраняли и поддерживали, верования еще недавно являвшиеся основополагающими. Религия как фундамент человеческой психики и общества утрачивает свое традиционное значение. Вместе с тем потребность в религии остается. Человеческая душа, как правило, ищет религиозное исповедание, которое могло бы удовлетворить ее запросы. И найдя, отдает себя в его власть. Можно сказать так: потенциально религия (любая!) обладает властью над человеческими душами. И здесь — одна из наиболее очевидных причин успеха руководителей неокультов: они расчетливо и умело реализуют этот властный потенциал. Хорошо зная и трезво оценивая сложившуюся в обществе ситуацию, учитывая все особенности психологии современного человека, характер и совокупность его запросов, они легко находят пути завоевания и полного подчинения человеческих душ.

Попытки же выступлений против ничем и никем не ограниченной торговли религиозными суррогатами встретили, по словам американского исследователя неокультов Rosedale (1989), “резкую, хорошо организованную контратаку клики специалистов по "гражданскому освобождению", которые спекулировали нерушимостью свободы совести и жизнеспособностью так называемых новых религиозных движений”*.

-------------------

* Нельзя не согласиться, что это весьма схоже с процессами, происходящими сегодня в нашей стране: тот же дикий, необузданный религиозный рынок; как следствие — сломанные судьбы, разрушенные семьи, инциденты, носящие прямо криминальный характер, не говоря уже о практически насильственном внедрении в сознание граждан России совершенно чуждых для их вероисповедной традиции религиозных взглядов, а при попытке как-то ограничить деятельность неокультов — тут же шум в прессе, обвинения в “ограничении свободы совести” и т. п.— Ред.

* * *

Потеряв традиционную национальную духовность, за основу своей новой духовной культуры Соединенные Штаты приняли принцип интерконфессиональности, предельно терпимого отношения ко всем религиям и неокультам. Это создало благоприятные условия для появления множества маргинальных верований, так далеко ушедших от традиционных религий, что в них — даже если они именуют себя христианскими — кроме остатков христианской лексики от евангельской духовности мало что осталось. Выхолащивание религиозных нравственных ценностей создало духовный вакуум, которой легко стал заполняться сатанизмом, претендующим на право предложить современному обществу свои “основополагающие ценности” в качестве нового учения .

В это трудно поверить, но факт остается фактом: в США сатанизм стал религией. И если только не совершаются какие-либо незаконные действия, сатанист волен следовать этой религии, исповедовать ее, не опасаясь преследований со стороны правительства или полиции. Уже теперь любой служащий вооруженных сил США может быть обвенчан, похоронен и обеспечен службой сатанистского “священника”.

Более того. Сегодня Америку, при всем моем глубоком уважении к многогранной культурной жизни этой страны, можно назвать центром мирового сатанизма, распространяющим свое влияние на весь мир. Из числа наиболее известных действующих там сатанистских организаций можно назвать такие, как “Церковь сатаны”, “Международная ассоциация ведьм и колдовства”, “Зеленый орден”, “Церковь последнего суда”, “Международная ассоциация люциферов” и многие, многие другие. Принцип терпимости ко всем религиозным меньшинствам распространяется — в полном соответствии со “свободой совести” — и на сатанизм. Видимо, скоро сатанисты потребуют предоставление им оплачиваемых праздничных отпусков в дни их ритуальных сборищ.

Именно в Соединенных Штатах появились новые теоретические разработки в области сатанизма. К сожалению, слова теоретические разработки нельзя взять в кавычки. Речь действительно идет о самых серьезных разработках, которые успешно внедряются в жизнь уже сегодня и имеют перспективу развития в атмосфере тотальной безнравственности…

Рассмотрим, однако, что представляет собой современная идеология сатанистов,— чтобы успешно бороться ней, ее надо знать.


Современная сатанинская идеология и ее влияние на молодежь

Как уже отмечалось, сатанизм — идеология зла, противопостоящая духовности любви и добра, уходящая корнями к первородному греху древо, из которого в разные века в зависимости от конкретного социального климата вырастают соответствующие ему ветви.

Существующий сегодня в США социо-культурный и религиозный фон стал именно тем благоприятным климатом, который привел к появлению новых разновидностей сатанизма. В этих условиях в Соединенных Штатах “возросла” целая чреда его новоявленных учителей и теоретиков.. Наиболее известные — Энтони Ла Вэй (La Vey) и Алистер Кроули (Aleister Crowley). Первый называл себя “Верховным Жрецом” созданной им же “Церкви Бога Сатаны”. Второй — “Великим Зверем 666”. Получил специфическую известность также некто Абдула Алхазаред (Alhazared), издавший в 1977 году свою работу под названием “Некрономикон” с наставлениями, как призывать демонов. Эти “авторитеты” сатанистского мира хорошо знали друг друга и обменивались взаимными посвящениями книг, о которых следует сказать особо.

Книгоиздательская деятельность сатанистов основательно продумана: все их издания ориентированы в первую очередь на молодежь и выпускаются массовыми, доступными по цене сериями. Необходимо отметить две “базовые” по своему характеру книги: “Сатанинскую библию” Ла Вэя (1969 год) и “Книгу Закона” Кроули (1976 год), схожие по содержанию.

“Сатанинская библия” — последовательная, со своеобразной логикой, работа, рисующая систему верований, которая вызывает огромный интерес у молодых людей.

Она пропагандирует неистовую независимость, анархию, бунт и радикальную самодостаточность, отрицание любого авторитета — религиозного, общественного или родительского.

Ла Вэй, представляющий свое учение как “религию плоти”, утверждает: любые моральные кодексы — просто препятствия, которые необходимо преодолевать. Он проповедует полную свободу инстинктов, и в первую очередь тех, которые сдерживаются существующими в обществе нравственными законами. В его словах звучит прямой призыв к неограниченному потворству (принцип “здесь и сейчас”) естественным побуждениям, особенно агрессивным и сексуальным, при полном равнодушии к другим соображениям.

Сходную установку — “Делай, что хочешь, в этом весь твой закон” — дает и Алистер Кроули. В его книге красной нитью проходит утверждение, что любой человек, который подчиняется законам или каким бы то ни было командам (за исключением, разумеется, исходящих от сатаны), обнаруживает слабость, и ее следует безжалостно изживать.

И, конечно, на сознание подростка, особенно в период, когда формируются основополагающие установки относительно авторитетов и власти, подобная “проповедь” действует с силой, поистине убийственной. Бунт против авторитетов достаточно характерная черта так называемого переходного возраста; неудивительно, что сатанистская идеология крайне привлекательна для подростков, которые успели встретиться с трудностями, связанными с определенными ограничениями. Льстит и другое положение сатанистских наставников: следует не подавлять свои инстинкты (в том числе и самых низменные), а всячески им потворствовать. Сексуальные и агрессивные побуждения в юности весьма интенсивны, и в этом также заключается объяснение того, почему именно сатанистская философия столь притягательна для молодых. В своем логическом завершении данная философия попросту пропагандирует одну долгую, нескончаемую партию потворства человека самому себе. Она предлагает то, что может показаться сегодня “мечтой подростка”: “сатана олицетворяет потворство вместо воздержания”, “сатана олицетворяет все так называемые грехи, они ведут к физическому, умственному или эмоциональному удовлетворению!”, — заявляет Ла Вэй. Получай удовольствие за счет других — вот, по сути, девиз теоретиков сатанизма.

Призывая подростков к бунту против морали и всякого рода авторитетов, к освобождению своих инстинктов от “оков нравственности”, учителя сатанизма неизменно (это для них абсолютно логично) выступают с дискредитацией традиционных религий. Не случайно в упомянутой “Сатанинской библии” изложены девять — именно девять!* — заповедей, содержание которых сводится к следующему: то, что признается христианством как порок, есть добродетель. Среди основополагающих идей сатанизма есть и такие: настоящая радость — месть своим врагам; земная жизнь — подготовка к переходу в ад для истязания врагов; все связанное с официальными религиями должно по возможности оскверняться.

* Ср. 9 заповедей евангельских блаженств (Мф. 5, 3–11).— Ред.

Излюбленная тема основоположников современного сатанизма — спекуляция на “фактах самодовольства, лицемерия и самообмана” в религиозной жизни людей старшего поколения. Они рекомендуют подросткам “сходить еще на одну бессмысленную воскресную службу, чтобы понаблюдать фальшивое благочестие своих родителей, а после этого почитать "Сатанинскую библию". Ла Вэй говорит о себе, что, “...наблюдая день за днем это лицемерие, он узнал, что христианская церковь процветает на основе лицемерия, и что человеческая чувственная природа тут не будет присутствовать!” Это и послужило поводом к созданию “религии плоти”.

Как утверждают мои американские коллеги, вычурное фиглярство ряда “телеевангелистов” действительно оказывает крайне отрицательное воздействие на общественное восприятие христианства. Проповеди, превращенные в телешоу, — лишь один аспект религиозной жизни протестантских конфессий; однако молодые люди в США, знакомые с христианством только по его телевизионным версиям, склонны считать, что последние олицетворяют собой все христианство. И закономерно, что оценка, данная американской версии христианства Ла Вэем, была с одобрением воспринята молодежной аудиторией. Большинство молодых сатанистов, проживающих в США, склоны утверждать, что подобная религиозная “фальшь” основная причина их обращения к сатанизму. Сатанизм, — говорят они, — по крайней мере, признает правду. “Сатанизм представляет собой неразвращенную мудрость вместо лицемерного самообмана!”, “сатана воплощает жизненное существование вместо духовных мечтаний под звуки свирели!” — пишет Ла Вэй. Между тем, на деле учение, предлагаемое в “Сатанинской библии”, ведет своего последователя гораздо дальше. Ла Вэй рисует картину “реальности”, где идет непрестанная борьба, сильные неизменно подавляют слабых, человек предстает как передовая форма злобного животного, а любовь, сострадание и душевная теплота объявляются непростительной слабостью.

Подобное “вИдение” — смесь дарвинизма и своеобразного макиавеллизма с элементами ницшеанской “воли к власти”. Но одно неоспоримо: положения этого учения во многом совпадают с жизненными установками современного американского менталитета. Кроме того, очевидна его прямая связь с рядом аспектов материализма. Это, конечно, вовсе не означает, что все американское общество является “сатанистским”, или что наука уже сама по себе — “инструмент дьявола”. Но факт остается фактом: для сегодняшних подростков философия сатанизма — что-то на удивление знакомое, а отнюдь не причудливое, страшное и чуждое.

Власть, дающая “право” быть свободным от любого ограничения, — содержание сатанистской религии. Здесь — торжество собственного “я”, которое становится центром Вселенной и более того — богом: “человек-зверь — божество для сатаниста”; “каждый человек является богом, если он признает себя таковым”.

Таким образом, современный сатанизм отнюдь не является некой эксцентричной религией, не имеющей своей внутренней логики. Напротив, это достаточно стройное, логически обоснованное, обладающее мощной психологической мотивацией учение. И одна из наиболее характерных его черт — явная и целенаправленная противопоставленность духовности и нравственности истинного христианства.

Результаты усвоения обществом сатанистских установок (“ты сам себе бог”, “если хочется, делай это сейчас и здесь, запретов нет”) в реальной жизни сказались незамедлительно: резкий рост наркомании, венерических болезней, особенно СПИД'а, беспрецедентное количество разводов (и соответственно, социальных сирот — детей родителей в разводе) и самоубийств, небывалый рост преступности, особенно подростковой. По официальным данным с 1986 по 1991г. число убийств в США в целом возросло на 25%, при этом число убийств, совершаемых подростками 15-19 лет,— на 154%!


Внедрение сатанизма в духовность современной молодежи

В субкультуре современной американской молодежи существенное место занимает музыка “тяжелого металла” (heavy metal music), тяжелый рок. По существу эта музыка прославляет сатанизм. Достаточно вспомнить названия лишь некоторых популярных групп: “Slayer” (“Убийца”), “KISS” (в буквальном переводе означает “поцелуй”, но фактически является аббревиатурой слов “Kids In Satan's Servisе”, то есть “Ребята на службе сатаны”). Даже самое поверхностное знакомство с репертуаром подобных “коллективов” говорит само за себя: “Шабаш, кровавый шабаш”, “Глядя снизу на крест”, “Число зверя” и т.д. В песнях отчетливо проступают две темы. Первая — самоубийство, вторая — ритуальное убийство и расчленение. Самоубийство предстает здесь как лучший способ разрешения всех жизненных проблем, как ритуальный или даже религиозный акт мужества и ревности. Песни “Решение — самоубийство”, “Обязательное самоубийство”, “Убить себя, чтобы жить”, “Ветры самоубийства”, превозносят достоинства подобного выбора.*

* Согласно исследованиям американской National Edication Association порядка 6000 самоубийств в год, совершаемых молодежью, вызвано именно влиянием подобной ??? и фаталистической музыки. (По материалам Миссионерского ??? 56 Издательства Храма Покрова Пресвятой Богородицы под редакцией епископа Александра Милеанта. 2049 Argyle Ave. Los Angeles, Calubornia (?), 00068, USA). – Ред.

Убийство и расчленение других также выдвигается как некий акт катарсиса. Вот лишь несколько названий: “Пролей кровь”, “Телесное расчленение”, “Убийство — это мое дело... И дело это хорошее!”. Список можно продолжить**. Стоит ли гадать, какое влияние эта “лирика” оказывает на молодого человека, который слушает ее повседневно, неустанно, одержимо***. Рок-музыка крепко соединяет некоторые сатанистские группы, влияет и на сатанистов-одиночек, она просто не может не направить к сатанизму людей, уже имеющих психические расстройства!****

** Есть и более красноречивые примеры. Например, песни группы “Dead Kennedy”: “Я убиваю детей. Я любуюсь, когда они умирают. Я убиваю, чтобы заставить плакать их матерей. Я давлю их под колесами моего автомобиля и с удовольствие слушаю крики их. Я кормлю их отравленными конфетами и порчу их праздник Хэллоуин. Я убиваю детей, ударяя их головой о двери. Я убиваю детей и с нетерпение жду, чтобы добраться до вашего”. Или — песня из альбома “Hell Awaits” группы “Slayer”: “Без всякой видимой причины убивай и снова убивай. Даже если и переживешь мои зверские порезы, я буду преследовать тебя до конца”. Песня же “Night Prowler” (“Ночной хищник”) группы “АС/DS”, по мнению специалистов по сатанизму, “вдохновила” некоего Ричарда Рамиреса на убийство около 30 человек. В ней, в частности, есть такие слова: “Никто тебя не предупредит, никто не крикнет “Тревога” — пока и не почувствуешь, что стальное лезвие торчит из твоей спины. Я — хищник, охотящийся за тобой”.— Ред.

*** Одно из исследований показало, что из 700 самых популярных песен “тяжелого металла” об убийстве говорит 50%, о самоубийстве — 7% и о сатанизме — 35 %.— Ред.

**** Еще в 1966 г. Джон Леннон заявлял, что придет время, когда христианство уйдет, а группа “Beatls” будет более популярна, нежели Христос. Так же и Дэвид Боуи, один из известнейших рок-певцов утверждал: “Рок всегда был диавольской музыкой”. Не нуждаются ни в каких комментариях и сами тексты некоторых песен. Например: “Я отвергаю Христа-обманщика и отрекаюсь от христианской веры, презирая все ее содержание (песня “The Oath” группы “King Diamond”). Или: “Я одержим всем, что является злом. Я требую смерти вашего Бога. Я сижу по правую руку от царя-сатаны и пью блевотину священника. Совокупляйся с твоей умирающей блудницей. Сатана — мой воплощенный властелин. Хвалите все: да здравствует наш скверный владыка!” (песни Possed группы “Vemon”. Вообще о своей связи с миром падших духов многие деятели “рок-культуры” склонны говорить вполне откровенно. Так известный композитор Cyril Scot специально изучал теософию с целью применению оккультизма в музыке. По его словам, обе написанные им книги: “The Inbluense of music on History and morals” и “Music: it’s Secret Inbluense through Ages” были по вдохновению того же духа, что вещал некогда через мадам Блаватскую. В своей второй книге он, в частности, сообщает, что дух, его вдохновлявший, “особенно интересовался эволюцией западной музыки… Он считал полезным, чтобы ??? оккультизма всех направлений больше ценили музыку как силу, содействующую успеху оккультизма”. Scot считает, что перед людьми, посвященными в тайну спиритизма стоит великая задача в области развития музыки. Суть ее в том, чтобы использовать музыку в качестве оккультного медиума, через которого можно вызывать в слушателях нужные психические состояния, психические способности для установления контакта с миром духов. Он говорит: “Музыка должна быть направлена к тому, чтобы привести людей к более тесному контакту с духами… Мы выступаем (?) в эпоху “Нового века” (New Age). В первую очередь мы стараемся посредством вдохновенной музыки распространить дух оккультизма для соединения всех в одно братство и таким образом оживить духовную вибрацию нашей планеты”.

И не случайно, что на источник своего “вдохновения” рок-музыканты указывают в таких словах: “мною руководила и мне приказывала иная сила. То была сила тьмы… Эта сила был черт, сам сатана” (Litle Richard); “это состояние подобно одержимости, вроде психоза или состояния медиума” (John Lennon) и т. п.

Более того — для многих рок-музыкантов сатанизм является сегодня ни чем иным, как религией, которую они ??? исповедуют. Так в свеем интервью журналу “Rolling Stones” ведущий ударник группы “KISS” заявил: “Я так же верю в сатану, как верю в Бога. Ведь можно обращаться к любому из них для достижения поставленной цели”. А David Lee Roth прямо говорит: “Свою душу я отдам ???. Это именно то, что я собираюсь сделать. Когда человек достигает такой высоты, то он готов с мольбой припасть к демонским богам”. Характерно и заявление Nikki Sixx: “На сцене мы пользуемся пентаграммами с острием, торчащим вниз, черепами, изображениями головы рогатого козла, перевернутыми крестами и другими символами сатанизма… Я всегда флиртовал с диаволом”. А один из концертов группы Iron Maiden, участники которой признают, что они занимаются оккультизмом и колдовством, был открыт словами: “Добро пожаловать в святилище сатаны!” И как логическое продолжение этого — в выступлениях некоторых рок-групп можно прямо усмотреть элементы черных месс. Так во время концерта группы “Swart” один из его участников отрезал от чучела, изображающего человека, голову и совершил нечто подобное ритуальному кроплению кровью зрителей. Затем члены группы черпали кровь “убитого” и, вымазав ею лица и тела, пили ее. Кроме того, привозя на сцену животных, они там же вырывали у них кишки…(Там же). — Ред.

Важно, что сатанистская ориентация на насилие соответствует общему состоянию нравственности в США. Американское общество в последнее время заполонили образы насилия, убийства и ужаса. Это привело к полному развороту нравственных ориентаций и оценок у многих молодых людей. Даже Фредди Крюгер, восставший из ада маньяк-убийца, персонаж фильма “Кошмар на улице Вязов”, сегодня в глазах многих зрителей, не злодей, а герой. Дикие сюжеты телевизионных триллеров мало отличаются от обыденной жизни современной Америки, по крайне мере — на окраинах больших городов. Документальный телерепортаж с места убийства легко спутать с очередным кинобоевиком, который идет по тому же каналу.

Когда ужас становится повседневной пищей, а “вызывающее возбуждение убийство” — не только фантазией, но реальным “делом”, можно с определенностью утверждать: все это — результат снижения нравственной чувствительности, дегуманизации общества, в особенности — молодежи. А сатанизм как раз и является религией таких бесчеловечных искателей счастья, несет утрату этой чувствительности, потерю связей с миром добра и любви,

К сожалению, можно утверждать, что формы внедрения и условия распространения сатанистской идеологии и практики в современной России уже мало чем отличаются от американских.

Либеральные реформы в нашей стране принесли среди прочего информационную свободу, которая, как и всякая другая свобода, может быть использована и во благо, и во зло. Последнее — чаще, и сатанистская духовность использует эту свободу в своих целях более чем успешно. Сегодня российские СМИ: телевидение и радио, газеты и журналы, а также всевозможные специальные книги по оккультизму и сатанизму широко распространяют без каких-либо ограничений сатанистскую идеологию не только завуалировано, но и цинично обнаженно. Даже среди студентов МГУ вышеупомянутая “Сатанинская библия” и другая сатанистская, оккультная литература, дающая достаточно информации для “теоретической” подготовки, пользуется широким спросом. Более того — в Москве, (не стану называть точный адрес, но скажу, что это место — хорошо известное и посещаемое многими людьми) совершенно открыто предлагают не только сатанистскую литературу, но и атрибуты, необходимые для отправления сатанистской черной мессы, включая специальную одежду с сатанистской символикой. Желающим там предложат сделать татуировки с сатанистскими знаками.

Говоря о сатанистской пропаганде, я не имею в виду только явно сатанистскую литературу и телевизионные передачи наподобие “Третьего глаза”, телерекламы различных оккультисток и колдунов. Гораздо серьезнее замаскированное распространение идеологии сатанизма. Мировоззрение весьма близкое к нему формируется современной поп-культурой (в основном — американизированной) и постепенно становится характерной чертой менталитета значительной части сегодняшней российской молодежи, как бы исподволь, шаг за шагом превращаясь в основу ее духовности. Оно создает нравственную атмосферу, благоприятную для непосредственного восприятия идей сатанизма. В России, как и в США, эту атмосферу усугубляет массовый информационный выброс криминальных сюжетов, превращение их в нечто, с социально-духовной точки зрения, вполне нормальное.

В советское время посмеивались над выражением: “растлевающее влияние Запада”. Посмеивались потому, что не знали реальной опасности. Теперь очевидно, что главный источник разлагающего влияния нигилизма и примата чувственных удовольствий ( вспомним “Сатанинскую библию”) — Соединенные Штаты. И реальными последствиями этого влияния у нас становится нравственная деградация общества, процессы, сходные с теми, что мы отметили в жизни современной Америки.

О чем упоминали в разговорах как сатанисты, так и молодые люди, ушедшие из Православной Церкви к сектантам? Говоря со мной о причинах своего духовного выбора, эти молодые люди указывали на случаи несоответствия морали служителей Православной Церкви высоте ее учения. Они называли конкретные приходы и имена людей, которые своим поведением и образом жизни (строительство шикарных домов, коллекционирование автомобилей-иномарок и т. п.) вызывали у них отрицательное отношение к христианству и другим традиционным религиям и давали основание говорить о “фарисействе” современного духовенства. Что еще отталкивает современную молодежь от Церкви? Содержание некоторых проповедей, примитивность и явное несоответствие общим представлениям о реальности (так один в целом уважаемый мною священник каждый раз перед постом повторяет, что поститься надо потому, что необходимо освободить свой организм “от трупного яда, который мы потребляем с мясной пищей”).

Все это не может не вызвать у молодого человека даже с неполным средним образованием чувства неприятия.


Сатанизм как реальность в молодежном менталитете

В советское время были “беспартийные большевики”, которые, формально не являясь членами партии, разделяли ее идеологию в повседневной жизни, так и теперь далеко не все, имеющие сатанистскую духовность и живущие согласно с ее сущностью, относят себя к сатанистам. Более того, по всей вероятности большинство молодых людей, ориентированных на достижение чувственных удовольствий “сейчас и здесь”, игнорирующих какие бы то ни было нравственные запреты, даже не знают, что живут по американской модели сатанизма. Тем не менее это — мировоззренческая ориентация, определяющая конкретное социальное поведение человека.

О том, насколько велика опасность этой идеологии, специально говорилось на научно-практической конференции МВД РФ, проводившейся под общим названием “Духовность. Правопорядок. Преступность”.

Реальность присутствия в менталитете и образе жизни молодежи современной России идеологии сатанизма американской модели легко определить по данным криминальной статистики (число убийств и насилий в России в последние годы неуклонно растет, однако американских “показателей” в этом отношении мы пока, к счастью, не достигли).

Практика судебной экспертизы в Центре социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского показывает, что растет число подэкспертных (как вменяемых, так и невменяемых) с практически нулевой нравственностью, совершаемые ими убийства напрямую связаны с деградацией нравственного сознания. Например, освидетельствованный мною недавно пятнадцатилетний подросток, обвинявшийся в пяти убийствах, откровенно рассказал, что убивать ему “просто нравилось”, в убийстве он видел превосходный способ продемонстрировать силу и самоутвердиться. При этом никаких болезненных расстройств в его психике найдено не было.

Целенаправленные беседы о нравственности со многими молодыми людьми (особенно моложе 30 лет), находящимися на экспертизе в связи с обвинениями в убийствах, поражают отсутствием у подследственных чувства ценности чужой жизни, необходимости как-то себя ограничивать во избежание гибели другого человека. На этом фоне заслуживает внимания факт, что последним годом, когда в Москве не было совершено ни одного убийства, был год перед либеральным переустройством России в 1861-м году.

Следует добавить, что современный сатанизм существует в разнообразных формах и под разными названиями, иногда тщательно маскирующими его суть. Мало, кто знает, что основатель дианетики и активно действующей в России Церкви сайентологии Лафайет Рон Хаббард, был вовлечен в самые отталкивающие формы оккультизма, а в конце жизни пришел к убеждению, что является никем иным, как Зверем Апокалипсиса, обладающим властью над всем человечеством. Учение Хаббарда — определенно антихристианское, как по внутренней своей сущности, так и по откровенно сатанистской символике — перечеркнутый крест и т. п. И в других неокультовых объединениях и группах, получивших массовое распространение в России, в деятельности различных “духовных” школ, семинаров и движений при глубоком изучении можно найти сатанинские корни.

Констатируя поразительную “открытость” и вместе с тем деструктивность сатанистской пропаганды, надо вместе с тем понимать, что главную криминальную опасность представляют объединения и “активисты”, которые находятся в подполье и непосредственно реализуют сатанистские ритуалы или совершают преступления в угоду сатане. Они не афишируют себя и осторожны в привлечении новых адептов. Иногда они имеют связь с потомственными поклонниками сатаны. Есть основания полагать, что именно на их совести (если уместно здесь такое слово) немалая доля нераскрытых кровавых преступлений. Обнаружить этих сатанистов по причине хорошей конспирации очень сложно. В их организациях идеология сатанизма находит выражение в конкретных — и весьма страшных — делах. В целом же реальную сатанистскую “работу” можно подразделить на воспитание подростков в духе и идеях сатанизма и на преступную деятельность, прямо или опосредованно связанную с сатанистской идеологией.


Подростковый сатанизм. Подпольные школы будущих активных сатанистов.

Ко мне как руководителю группы по разработке материалов о негативных медико-социальных последствиях деятельности в России культовых организаций, имеющих деструктивный характер (группа действовала в рамках специального фрагмента Федеральной целевой программы по усилению борьбы с преступностью, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 мая 1996 года № 600), обратилась с просьбой дать комментарий по поводу телерепортажа о сатанистской группе депутат Государственной Думы РФ Н. В. Кривельская. Привожу полный текст моего ответа.

“На видеопленке, содержащей запись телерепортажа журналистки НТВ Ю. Шамаль, представлен сатанинский ритуал, проведенный в ночное зимнее время около одного из подмосковных кладбищ. Участники ритуала — юноши и девушка — произносят клятвы, содержащие в себе выражение поклонения и “бесконечного почтения” к сатане, готовность выполнять все его требования, быть твердыми в своем противостоянии общепризнанным моральным нормам во имя получения плотских удовольствий. Все эти заклинания произносятся и повторяются вокруг “алтаря”, на котором находятся сатанинская “библия”, меч, муляж мужского полового члена, черные свечи, какой-то (судя по бутылке) алкогольный напиток. Присутствующие в ритуальных черных одеждах с надписью “Церковь сатаны” и сатанинским символом. Можно отметить, что по ходу проведения ритуала и принятия указанного напитка создается все более эмоционально усиливающаяся атмосфера таинственности, исключительности, постепенно нарастающая до экстатической напряженности. На этом фоне вновь повторяются клятвы верности сатане, призывы типа: “Да будут свергнуты без пощады и жалости...”. Обращает на себя внимание ряд существенных деталей: детски-игровой характер поведения и реакций, неопрятный вид присутствующих, в том числе грязные крашенные ногти девушки, ее неспособность быстро и четко прочитать предложенный текст “библии” и др.

Заключение

У участников записанного на пленку сатанинского ритуала не отмечается психопатологии психотического уровня. Все их действия и высказывания соответствуют практике культа поклонения сатане. Создаваемая по ходу совершения ритуала атмосфера экстатического напряжения способствует усвоению антисоциальных призывов. Ряд деталей может свидетельствовать об инфантильности, социально-педагогической запущенности записанных на пленку участников ритуала. Вовлеченность в практику подобных ритуалов молодых людей с отмеченными личностными чертами может способствовать развитию еще большего подчинения лидерам сатанинских культов”.

Практика таких групп достаточно типична. Именно так готовятся неофиты, пополняющие собой ряды активных сатанистов. Характерно, что на пленке не зафиксирован учитель. Возможно, если бы он присутствовал, то какую-либо запись запретил. Во всех подобных случаях учителя-наставники предпочитают оставаться в тени, их подлинные имена не известны зачастую даже их приближенным. Об этом свидетельствуют все сатанисты, проходившие в Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского судебно-психиатрическую экспертизу в связи с обвинениями в различных преступлениях.

Вот пример прошедшей начальную школу сатанизма девушки.

…Идет заседание судебно-психиатрической экспертной комиссии. Мне докладывают об Алине В., 15-тилетней девочке-подростке, обвиняемой в попытке ограбления. Она вместе с подружкой пыталась сорвать золотые серьги с 12-тилетней девочки.

На экспертизу в ГНЦ им. Сербского Алина поступила 11 января 1996 года.

Я слушаю историю жизни этого подростка — она, к сожалению, характерна для малолетних преступников.

Что обычно в подобных случаях, родители Алины — в разводе. У матери — сожитель, оба они нигде не работают, постоянно пьянствуют, дебоширят. Алину они с самого детства как бы не замечали, и она могла найти утешение только у бабушки. Большую часть времени девочка проводила на улице в кругу таких же, по существу, бездомных подружек. Выделялась стремлением к лидерству, была упряма, легко выходила из себя, если ее не слушались. С 7 лет курит (“чтобы показать свою смелость и независимость”).

До 6-го класса училась ровно, за время учебы проявила себя как “способная, увлекающаяся, добрая, отзывчивая” (из школьной характеристики). Но с 12 лет начала прогуливать уроки, не выполняла домашние задания, на контрольные не приходила, успеваемость снизилась. Стала грубой, агрессивной. Дерзила в ответ на замечания, заявляла, что хочет “быть плохой, пройти через все”. Время проводила в компании подростков с асоциальным поведением, появился повышенный интерес к украшениям, косметике, начала употреблять спиртные напитки, уносила из дома большие суммы денег — тратила их на наряды и сладости. Была заносчивой, лживой, неряшливой.

Во время одного из конфликтов с матерью вела себя особенно вызывающе, оскорбляла мать, нецензурно бранилась, бегала за бабушкой с топором, разрисовала обои и стены пентаграммами. Затем на глазах у бабушки залпом выпила флакон одеколона и приняла какие-то таблетки, угрожала выброситься из окна. Мать вызвала районного психиатра, Алина ругалась, оскорбляла его, не разрешала к себе приближаться. В тот же день она была госпитализирована в детскую психиатрическую больницу, где находилась более полутора месяцев.

В больнице поначалу держалась вызывающе, старалась произвести впечатление человека, независимого от чьего-либо мнения. Отвечала односложно, “сквозь зубы”, грубо заявляла, что не любит родных. Потом в целом была спокойна, послушна, но время от времени бурно протестовала против помещения ее в больницу.

Консультант-психиатр, проводивший ее осмотр, диагностировал отклонения в поведении: внутрисемейная конфликтность, агрессия, злоба по отношению к родным... Личностные особенности: настойчивость, упрямство, стремлением к лидерству и демонстративность поведения. Ухудшение состояния совпало с периодом полового созревания и формированием в поведении подростковых реакций подражания, увлечения, эмансипации, которые временами приобретали утрированный характер, грубо дестабилизируя обстановку в семье. После лечения поведение ее улучшилось.

Выйдя из больницы, назначенное лечение не принимала, вновь стала грубой, возбудимой, упорной в достижении желаемого. Из-за того, что у нее не сложились отношения с одноклассниками и учителями, Алина перешла в вечернюю школу. Занятия посещала нерегулярно, затем, после конфликта со сверстником, школу она оставила.

В 13 лет Алина познакомилась с подростками, увлекавшимися тяжелым роком, “металлом” — “балдели от этой музыки”. Чтобы “усилить кайф” вместе с ребятами принимала какие-то “колеса” (таблетки), иногда спиртное. Кто-то из компании пригласил пойти к сатанистам: “Вот там — настоящий кайф!” Так Алина оказалась в группе, сходной с той, которую я прокомментировал по видеозаписи.

После ареста за попытку ограбления, на допросах отвечала дерзко, называла себя “поклонницей сатаны”. Ее одежда была исчерчена “сатанинскими пентаграммами”, изречениями соответствующего содержания, губы — обведены черной краской. Заявляла, что ей все нипочем, поскольку она в “непобедимой армии сатаны”. Понятно, что все это вызвало у следователя сомнение в психическом здоровье Алины, и ее направили на судебно-психиатрическую экспертизу.

…Закончен доклад, прошу привести Алину к себе в кабинет.

Вводят стройную, на вид даже милую девушку. Приглашаю сесть, а она развязно просит закурить. Я отказываю, Алина этого, видимо, не ожидала и буркнула что-то дерзкое.

Однако затем “конфликт” гаснет: проводя экспертизу, я даже к подросткам всегда обращаюсь только на “вы” и по имени-отчеству. Это позволяет установить в беседе правильные позиции.

После обычных врачебных расспросов о жалобах, самочувствии она стала доверчивее ко мне как к врачу, старшему, человеку, ничего не навязывающему, а лишь предлагающему помощь, если ее хотят принять.

Алина рассказывает, что с детства отличалась возбудимостью, неусидчивостью, во всем стремилась быть первой, но была общительна, имела много подруг. Лет с 13-ти стала более раздражительной, “меньше ладила с родителями”, грубила им, конфликтовала с учителями. Заявляет, что отчима ненавидит, так как он “спаивает мать”. Отмечает свою “истеричность”: “могу кинуться на любого человека, нахамить ему”. При конфликтах дома падала на пол, пыталась выброситься в окно, проделывая это “назло родителям”. С бравадой рассказывает о своей асоциальной компании, употреблении алкоголя, димедрола, паркопана и о возникавших при этом красочных, зрительных галлюцинациях, в которых видела “ворота ада”, “слоников, жирафиков”. Однако наличие пристрастия к указанным веществам отрицает. Говорит, что раза три-четыре пыталась отравиться газом, но до конца попытки самоубийства не доводила, так как “все время домой кто-нибудь приходил”. Утверждает, что собиралась “умереть в 20 лет, поскольку не видела смысла в жизни”. О правонарушении не сожалеет, объясняет, что хотелось “унизить эту девчонку”. “И вообще, мне нравилось делать зло”.

В начале беседы какого-либо психического заболевания не устанавливаю, хотя вижу признаки дисгармоничного характера, но это — не психическая болезнь.

Начинаю расспрашивать, как она стала сатанисткой.

Рассказывает Алина об этом достаточно подробно. Собирались они в подвале, переоборудованном под клуб. Проводила собрания женщина лет 40-50-ти. Описать ее точно Алина не может, поскольку она “руководила из тени”, имени своего не называла и командовала через назначенного ею старшего. Встречались обычно по полнолуниям. Нравилась таинственность обстановки, приобщение к “непобедимому войску сатанинскому”. Особенно торжественно было, когда горели черные свечи, и они все вмести клялись в верности сатане. Вскоре появилось чувство гордости, что она не такая, как “обычные”, что она научится колдовать и наводить с помощью сатаны порчу и тогда сможет отомстить всем своим врагам, в том числе матери и отчиму. С бравадой рассказывает, как они “со своими ходили в церковь, чтобы как-нибудь там погадить и что-нибудь украсть — пусть потом церковники на своих подумают и разругаются”. Помнит, как читали все вместе “черную книгу”; рассказать о ее содержании не может, хотя главное усвоила: “Тот, кто отдал душу сатане, на том свете будет всех мучить. И пока ты на этом свете, надо хорошо этому научиться... У сатаны главный враг — Бог, а у нас главные враги — те, кто верит в Бога, им и надо поганить”. Не сожалеет, что арестована: “Все обойдется, сатана поможет, я не пропаду, я теперь не такая как все”. Уверена, что и в тюрьме найдет своих. Вместе с тем Алина отмечает, что интерес к “сатанистским собраниям” у нее прошел, “больше, наверное, в эти игры играть не буду”.

Поскольку у Алины не было выявлено таких психических расстройств, которые лишали бы ее возможности осознавать характер и общественную опасность своих действий или руководить ими, было дано заключение об ее вменяемости. Вскоре она как несовершеннолетняя попала под амнистию и была освобождена. О дальнейшей ее судьбе можно только догадываться...

Однако среди сатанистов-подростков нередко встречаются личности более дисгармоничного склада, нежели Алина. Причины этой дисгармонии сложные, обычно речь идет о сочетании наследственной отягощенности, последствий повреждений головного мозга, перенесенных при родах или в раннем детстве, с неблагоприятными обстоятельствами воспитания и жизни в семье. Однако эта личностная дисгармония не является сама по себе причиной сатанизма и деструктивного поведения, она — лишь та почва, на которой произрастают семена, дающие дурные всходы. Наряду с прочими семенами этими могут быть идеи сатанизма, которые как сорняки ???, в хорошей почве не нуждаются. В противоположность этому для растения, приносящего благие плоды, нужна и почва благоприятная — принятие и реализация в своей жизни позитивных идей исходно требует гармоничных личностных качеств, способности к значительным волевым усилиям, наличия достаточно высоких интеллектуальных возможностей и, конечно, самого приобщения к этим идеям.


Сатанизм ритуально-групповой

Как правило, подростки и молодые люди, чей адекватный социальный рост затруднен, чья личность формируется в обстановке духовной пустоты при полном отсутствии осмысленности бытия, подсознательно тянутся друг к другу. У них — общие проблемы, их тяготит жизненная неопределенность, и сатанизм как идеология, легко и просто постигаемая, дает им основу для взаимопонимания, иллюзию своей значимости и общую направленность поведения.

К числу таких сатанистов относится и Артем З. 17-ти лет, обвинявшийся по ст. 105 ч. 2 п. “ж”, “д” УК РФ “в совершении группой лиц по предварительному сговору на почве служения сатане двух ритуальных убийств” С-на и Л-ва. Стационарное судебно-психиатрическое освидетельствование в Центре им. В. П. Сербского он проходил 8 января 1998 года. Криминальные события, участником и одним из главных действующих лиц которых он являлся, происходили в 1997 году и затем широко освещались в СМИ.

Обстоятельства дела таковы. В последних числах июня в пригородной лесопосадке неподалеку от маленького шахтерского городка Северо-Задонска пастухи нашли обезображенное тело 16-летнего Л-ва. В ходе расследования работники милиции вышли на Артема и его товарища Ивана К. — знакомых и ровесников Л-ва. Согласно данным ими показаниям, они решили наказать Л-ва за насмешки над их увлечением сатанизмом. Заманив его в лесопосадку, они стали требовать, чтобы он отрекся от веры в Бога. Получив отказ, Артем и Иван привязали Л-ва к дереву, имитируя распятие Христа, снова потребовали отречения и, не получив его, перерезали ему горло, а затем добили молотком. Для подтверждения факта убийства перед другими сатанистами Артем отрезал у убитого ухо.

По ходу расследования выяснилось, что за этими же подростками числится еще одно убийство. Установлено, что группа сатанистов (всего было арестовано 10 человек) накануне православной Пасхи получила задание подготовить и совершить традиционный ритуал — заставить христианина отказаться от Бога и начать поклоняться сатане. Выбор пал на молодого мужчину С-на, который отказался это сделать, чем подписал себе смертный приговор. Его заманили, предложив выпить, в дом к некой Зинаиде Кузиной, 73-летней пенсионерке, которая считалась колдуньей. Там его связали, положили на покрытый черной скатертью ритуальный стол. Присутствующим были выданы обрядовые балахоны с сатанистской символикой, черные свечи, другая атрибутика, и началось чтение сатанинской библии. Затем каждый из присутствующих нанес по ритуальному удару ножом, кровь, вытекающую из ран, стали собирать в посудину. Все присутствующие в знак преданности сатане выпили по глотку теплой крови. На этом торжество не закончилось — начались ритуальные пляски на трупе с заклинаниями, выбранными из текстов сатанинской библии.

По этому делу в вину сатанистам прокуратура поставила убийство на религиозной почве при отягчающих обстоятельствах — создание преступной группы для отправления ритуальных обрядов жертвоприношения. Все обвиняемые проходили судебно-психиатрическое освидетельствование, по заключению которого они признаны вменяемыми.

В Центре социальной и судебной психиатрии Артем находился на повторной экспертизе в виду определенных сложностей в оценке его психического состояния и необычности преступления, в котором он считался лидером.

По ходу исследования в Центре им. В. П. Сербского психического состояния Артема было установлено следующее.

В возрасте 3-4-х лет он перенес несколько ушибов головы, после этого до 9 лет страдал ночным недержанием мочи. Воспитывался только бабушкой, так как родители много лет находились в заграничной командировке. В школе начал обучаться своевременно. Поначалу учился хорошо, однако с 8-го класса успеваемость снизилась. Хотел поступить в кадетский корпус, но не прошел медкомиссию из-за слабого зрения. Очень расстроился, стал говорить, что ничего у него в жизни не получается, во всем не везет, у него нет будущего, утратил интерес к жизни, полностью разочаровался в ней. Ему было скучно, тошно, ничего не интересовало. В 10-й класс пошел с неохотой и вскоре заявил, что если родители заставят его идти в 11-й класс, то он повесится. Артем оставил школу и поступил в ПТУ.

С 16 лет стал увлекаться фильмами ужасов и “про всякую мистику, где много крови” (эти фильмы и являются теми самыми семенами, из которых, как уже говорилось, вырастают побеги духовной извращенности подростков). Заинтересовался оккультизмом, решил, что должен стать сатанистом. Рисовал сцены насилия, где главными героями были вооруженные кролики, с ножей капала кровь, лежали изуродованные трупы, изображал ад, кипящие котлы с торчащими оттуда руками и ногами. Пытался познакомиться с людьми, знающими толк в оккультизме. “Обычные” сверстники его не интересовали, друзей не имел. Все свободное время проводил в сарае с кроликами, с которыми “чувствовал мистическую связь и даже сам становился кроликом”. Учиться в ПТУ не хотелось: “было не интересно”. Решил до призыва в армию “заняться своим делом”, бросил ПТУ и стал работать ночным сторожем в детском саду.

Как потом установило следствие, во время ночных дежурств Артема в детском саду проходили собрания сатанистов. Обычно собиралось по 8–10 человек, главой “была бабка”, которая “отправляла всю службу сатане и организовывала ритуальные жертвоприношения”. Обвинение относилось только к двум последним убийствам, хотя некоторые из членов группы говорили, что подобные убийства совершались и ранее.

В начале предварительного следствия Артем вину свою полностью признал. Убийство С-на из мести объяснил “религиозными соображениями”, так как тот “доставал” его своими насмешками над увлечением сатанизмом и поэтому “не достоин жить”. Убийство С-на было задумано за несколько дней до его совершения. Артем и еще пять членов сатанистской группы (в основном подростки) заманили С-на в дом к Зинаиде Кузиной, где и убили его, совершив ритуал жертвоприношения, пили его кровь после чтения “бабкой” молитв сатане. Затем они отнесли тело к железнодорожному полотну примерно в 200-х метрах от дома и разбросали вокруг осколки стекла, чтобы создать видимость самоубийства. Убийство Л-ва, по показаниям Артема, они совершили через два месяца по тем же мотивам, однако не сумели хорошо спрятать труп, из-за чего милиция вышла на их след.

Вообще в период предварительного следствия в содеянном признались все обвиняемые, при этом подробно описывали, кто что тогда делал и говорил. Трое из них сказали, что решили “нагадить Богу, убить жертву, чтобы открыть ворота в ад”. Согласно показаниям, Артем еще задолго до убийств подробно рассказывал им об учении сатаны, говорил, что наступят дни, “когда надо будет кого-то убить”, он “сделал наколку в виде сатанинского знака “666” и перевернутого креста, постоянно добывал литературу про дьявола”, “говорил, что мы все помрем, а он останется, так как только верные слуги сатаны остаются жить”, “топтал христианский молебник”, объяснял, что “надо под пяткой носить перевернутый крест — это значит отречься от Бога”. Они вспоминали, что Артем рассказал, как ему “приснился сатана и попросил его продать ему свою душу, на что он согласился”. Говорили, что Артем “дома не живет, а проживает в своем сарае, где держит кроликов, которых убивает и режет на кусочки”, так же он “говорил, что надо и человятинку на кусочки разрубить”. В том сарае они вместе с ним “клали на землю иконы и мочились на них”. По показаниям свидетелей, знавших Артема по жизни по соседству и работе, он состоит в секте сатанистов, говорил, что убить человека для него “раз плюнуть” и в доказательство он может “принести ухо человека”, что у него “была мечта — сесть в большой автомобиль, ехать по дороге и всех давить”, а чтобы “спокойно совершать убийства”, ему “нужна справка от психиатров о его невменяемости”. Однако в ходе дальнейшего следствия Артем то отрицал свою причастность к убийству С-на, объясняя данные ранее показания тем, что на него было оказано “давление”, то утверждал, что говорил добровольно, но это была его “фантазия”.

Первоначально в отношении Артема была проведена судебно-психологическая экспертиза, по заключению которой он “является личностью с высокой активностью и склонностью к открытому агрессивному поведению, нежеланием приспосабливаться к социальному окружению, характеризуется высоким энергетическим потенциалом, отсутствием интереса к людям, повышенным интересом к себе и стремлением к самораскрытию и воплощению своих идей; личность — эмоционально неустойчивая, с высокой вероятностью нервно-психических срывов в широком диапазоне ситуаций, подследственный ясно осознает ответственность за свои действия, у него высокоразвитое чувство субъективного контроля”.

Затем в следственном изоляторе Артем был осмотрен врачами-психиатрами. Было отмечено, что он не сожалел о содеянном, сказал, что “получал удовольствие от убийств”. На вопрос, смог бы он еще раз совершить преступление, ответил “да”, но “лучше бы спрятал труп”. Отметил, что в последнее время стал меньше любить родителей, захотелось “вседозволенности, подняться над другими”, поэтому увлекся сатанизмом. Заявил, что он имеет право нарушить закон, убить человека.

Во время освидетельствования в Центре им. В. П. Сербского Артем легко вступает в беседу. Цель экспертизы понимает правильно. Настроение ровное, спокойное. Жалуется на частые головные боли, головокружения и сердцебиения при резкой перемене положения тела. Себя считает психически здоровым. Характеризует спокойным — “меня не трогай, и я никого не трону”. Сообщает, что в школе его особенно интересовала история, войны, его кумиром был Александр Македонский, который во время своих походов “всех рубил”. Рассказывает, что мечтал о военной карьере, однако из-за плохого зрения не мог поступить в военное училище. Тяжело переживал невозможность сделаться военным, стал “всех ненавидеть”. “Разрядку” испытывал только тогда, когда видел сцены насилия на экране. Тогда же начал задумываться над вопросами: “Почему я такой? Зачем я живу?”, однако не находил на них ответа. Стал завидовать кроликам: “Они ничего не осознают и не чувствуют, у них нет проблем”, захотелось самому стать кроликом. Отмечает, что всю жизнь был один, у него не было друзей, он не любит шумных компаний, больших помещений, так как “неуютно себя в них чувствует”. Осенью 1996 г., во время одного из периодов пониженного настроения, “мысленно представил себе в голове ядерный взрыв, который за несколько секунд уничтожил внутри все человеческое”. Говорит, что после этого изменился, “стал другим — более жестоким, равнодушным, как и хотел; все перестало волновать”. Задумывался на тем, как начался мир и как он закончится, поэтому прочитал начало Библии и Апокалипсис. “Видя зло окружающего мира”, пришел к выводу, что сатана сильнее Бога и решил поклоняться ему, стал интересоваться оккультными науками, сатанизмом.

Рассказывает, что как-то в 1997 г., когда он находился в сарае, неожиданно услышал необычный шум (“как рикошетом что-то отскакивало”), и из ящика вдруг возникло “нечто” (что именно — категорически отказывается говорить), которое сказало: чтобы стать кроликом, нужно убивать людей. Вначале он испытал страх, так как “то, что увидел, с человеческой точки зрения, было ужасно”. Сообщает, что постоянно чувствует “его” присутствие рядом, заявляет, что “он стал мною, а я им”. Отмечает, что иногда испытывает желание рассказать об увиденном существе, однако боится, что “оно” его накажет, и он никогда не станет кроликом. Говорит, что в нем живет кролик, “такой же по размеру, как человек, хочется надеяться, что он из плоти”. Высказывает предположение, что он рожден не от человека, а от гигантского кролика, который живет в норе, и его никто никогда не видел. Сообщает, что ждал появления этого “нечто”, иногда слышал тот же шум, который предшествовал его появлению в прошлый раз, но “оно” не являлось. Упорно отрицает свою причастность к сатанинской секте. Утверждает, что читал только “Черную и белую магию”, пробовал применить некоторые заклинания на кроликах с тем, чтобы они быстрее набирали вес. Хотел вырастить из своих кроликов хищников, для чего подмешивал в траву кровь, которую получал, делая себе надрез на запястье. По поводу предъявленных ему обвинений утверждает, что убивал только Л-ва, а к убийству С-на не имеет никакого отношения. Говорит, что вначале взял это убийство на себя, так как “было все равно”, знал, что “по малолетке больше 10 лет не дадут”. Данные ранее показания по поводу убийства С-на объяснял применением физической силы и угроз со стороны сотрудников милиции. Не испытывает ни малейшего сожаления по поводу содеянного, говорит, что Л-в “сам напросился”, так как “щелкнул кролика по носу”, “донимал его, упрекал в сатанизме”. Утверждает, что Л-ва убивал он один, а другие к нему “примазались, так как и им захотелось славы”. Не скрывает, что его легко вывести из себя, в ответ может ударить или затаить обиду и потом отомстить. Заявляет, что обиду может помнить “всю жизнь”. Склонен к фантазированию. На вопросы отвечает последовательно. Эмоционально неустойчив. При неприятных вопросах дает выраженную вегетативную реакцию (краснеет, руки становятся влажными). На вопрос, почему его первые показания следствию начинаются с того, что якобы он “состоит на учете у психиатра”, смутился еще больше. Сложившейся судебно-следственной ситуацией не обеспокоен, интересуется сроками и результатом экспертизы, однако заявляет, что ему будто бы “все равно куда — в тюрьму или в больницу”, “я нигде не был и не знаю, где лучше”. Утверждает, что потом все равно будет совершать убийства, но “будет умнее” и “живым в руки не дастся”.

Экспертная комиссия пришла к заключению о вменяемости Артема, установив, что он психическим заболеванием не страдает и не страдал таковым в период, к которому относятся инкриминируемые ему деяния. Комиссия сочла, что рассказы Артема, в которых описывается эпизод встречи с “нечто”, с “оно” не могут быть поняты как проявление психического заболевания и, возможно, носят защитный характер; заявления о том, что он — кролик, что у него бывают какие-то необычные состояния и т. д., не являются болезненными, а относятся к его склонности к фантастическим переживаниям и определяются психопатическими чертами его характера.

Чем закончилась эта история? Артем З. был осужден на 9 лет лишения свободы, шестеро других обвиняемых на срок от семи до девяти лет лишения свободы, двое — на 2 года условно. Зинаида Кузина, считавшаяся идеологом этой группы сатанистов, приговорена к пяти годам заключения за пособничество в убийстве.

По мнению суда, вина подсудимых доказана полностью. Однако адвокат и прокурор, каждый по-своему, остались недовольны приговором суда. Первый традиционно утверждал, что признание в виновности у обвиняемых были в ходе следствия “выбиты милиционерами-садистами”.

Прокуратура же считала, что милиция Северо-Задонска напротив пыталась скрыть преступление, выдав убийство за самоубийство. Оставлю недовольство адвокатов на их совести, но претензии прокуратуры к милиции по-видимому обоснованы и весьма настораживают, поскольку в делах, связанных с уголовными преступлениями, совершенными сектантами, в том числе сатанистами, милиция часто занимает более, чем пассивную позицию.

В данном случае уже на следующий день после нахождения трупа С-на начальник Северо-Задонского отделения милиции Сидоров собрал людей и объявил: “Здесь — самоубийство, работать не будем”. Сидоров утверждал, что на его глазах судмедэксперт будто бы извлек из раны на шее убитого осколок стекла (в акте экспертизы это не отмечено). Через два дня он нашел “свидетелей”, которые, якобы, видели окровавленного С-на, идущим вдоль железнодорожного полотна (в остальном свидетельские показания были взаимоисключающими). Дело о “самоубийстве” было списано в архив, сатанистов не разоблачили, результат — второе ритуальное убийство. Даже когда дело дошло до суда, суд первоначально не вынес обвинительного приговора. Только после вмешательства Верховного суда и заключения повторной судмедэкспертизы, исключающей версию о самоубийстве, в приговоре было определено упомянутое наказание всей группе сатанистов. Нельзя не отметить, что государственный обвинитель потребовал материалы в отношении начальника милиции Сидорова выделить в отдельное производство с тем, чтобы установить, какими мотивами тот руководствовался, выдавая убийство за самоубийство...

Выше указывалось на успешные попытки “разваливания” уголовных обвинений в отношении сатанистов. Такая попытка имела место и в данном случае. И, к сожалению, не исключено, что очередная кассационная жалоба адвокатов по этому делу приведет к изменению обвинительного приговора суда.

Приведу другой пример, подтверждающий реальность существования ритуально-группового сатанизма и опасность практической деятельности его приверженцев.

Олег С., 21-го года, обвиняется в убийстве матери за ее попытки “вмешиваться не в свое дело”. Стационарное судебно-психиатрическое освидетельствование прошел в ГНЦ им. В. П. Сербского 8 декабря 1998 года.

Воспитывался без отца. Мать Олега отличалась деспотичным, властным характером, часто наказывала его. В подростковом возрасте с матерью установились напряженные отношения, она требовала жесткого подчинения и выполнения всех ее указаний (как проводить время, что читать, как одеваться), но никакого теплого чувства не проявляла и душевной близости между ними не было.

В школу Олег поступил своевременно, до 4-го класса учился хорошо, но потом из-за конфликтов с матерью стал часто убегать из дома, ночевал в подвалах. Соответственно не готовил домашних заданий, снизилась успеваемость. В связи с этим его стали обсуждать и наказывать в школе. В ответ развилась озлобленность на мать и учителей. Начал нарушать дисциплину на уроках, дерзил учителям. Пытаясь оставаться незамеченным, бил стекла, портил школьную мебель, употреблял спиртные напитки.

“Чтобы найти себя и как-то разрядить злость” стал заниматься в секции каратэ. Одновременно увлекся коллекционированием ножей. Мать общего языка с ним так и не нашла. Он все реже приходил домой, время проводил среди подростков с асоциальным поведением, совершал с ними на рынках мелкие кражи сладостей, булочек, отнимал у сверстников деньги. Из-за прогулов и низкой успеваемости оставался в 6-м и 7-м классах на второй год и затем школу бросил. Поступил в ПТУ, но и оттуда со второго курса был отчислен за прогулы и избиение преподавателя.

В это время (1995 год, Олегу 17 лет) один из его товарищей привел его на собрание сатанистов. Сразу понравилась новая компания, в которой все увлекались “тяжелой” музыкой. Большое впечатление произвели сатанистские ритуалы: вызывание сатаны, клятвы служить ему и приносить людям зло. Особенно нравилось приношение в жертву животных, слышать их предсмертные крики, видеть, как с них снимают шкуру и сцеживают их кровь. С удовольствием начал читать литературу по сатанизму, “библию” сатаны, книги про то, “как попасть в ад”. Стал замечать, что становится более жестоким и равнодушным к людям. Намеревался войти в контакт с “нацистами”, искал с ними встреч, но не удалось.

18-ти лет при ритуале “братания” с одним из сатанистов порезали себе вены на руке, а затем пили из рюмок кровь друг за друга. С тех пор стал проводить время среди “скинхэдов”. Считал себя “расистом”, участвовал вместе с другими “скинхэдами” в избиении индусов, негров, корейцев. При этом испытывал особое удовольствие, радость, когда видел физические страдания своих жертв.

Вскоре был призван в армию, служил в воздушно-десантных войсках. Вначале было тяжело, но понимал, что получаемые знания ему пригодятся, и терпел тяготы службы. Был рад, когда его направили в “горячую точку”, и он мог стрелять в людей. Самым большим огорчением в период службы в армии было то, что он не видел “как разлетелись мозги” у женщины, в которую он стрелял. Из армии был уволен в запас на общих основаниях.

Сразу после возвращения из армии восстановил связи с сатанистами и “скинхэдами”. Совершал с последними разбойные нападения на “цветных”, но задержан не был. Дома с матерью оставались “сложные взаимоотношения”. Она ругала его за то, что он не работает, дружит с сатанистами. Чтобы разорвать эту дружбу, она время от времени ставила в его комнате иконки, развешивала крестики. Замечая это, Олег устраивал скандалы, а потом прямо предупредил мать, что если еще раз подобное заметит, то убьет ее.

Летом 1998 года, вернувшись поздно ночью после очередной встречи с сатанистами, Олег как всегда осмотрел свою комнату и заметил икону. Этого он матери простить уже не мог (“Я же не раз ее предупреждал!”). Взяв молоток, он подошел к спящей матери и нанес ей по голове три удара, причинив открытую черепно-мозговую травму с переломом свода и основания черепа и тяжелым ушибом головного мозга. После этого он вернулся к своим друзьям и сказал, что убил мать во имя сатаны, так как она вмешивалась в его религию. Пообщавшись с друзьями, Олег пришел домой, разбудил соседей, сказав, что пока его не было дома “неизвестные проникли в квартиру и ударили мать по голове”. Вместе с приехавшими врачами “скорой помощи” он вошел в квартиру и спрятал молоток. Когда мать увезли, выбросил окровавленную простынь в окно, поел и лег спать, заснул при этом сразу с чувством исполненного долга.

В период пребывания на судебно-психиатрической экспертизе в Центре им. В. П. Сербского жалоб на психическое здоровье он не предъявлял. Характеризовал себя жестоким, безжалостным, раздражительным, злопамятным, мстительным, озлобленным, драчливым. В то же время подчеркивал, что ценит дружбу со знакомыми по секте сатанистами и “скинхэдами”. С некоторой бравадой рассказывал о том, как участвовал в ритуальных жертвоприношениях, избивал людей другой национальности. Заявлял, что мать спровоцировала его на убийство, что она раздражала его своими крестиками и иконами, которые смотрели на него “с укором”. В злобе сжигал их, топтал, выбрасывал в окно.

С врачами держался несколько развязно, к экспертизе относился легко, заявлял, что “ничего страшного”, главное, он “переступил через черту и стал теперь ближе к сатане”. Говорит, что готов получить срок , что в “зоне” найдет близких по духу, а когда вернется к своим, то будет уже на почетном месте.

Экспертная комиссия Центра не выявила у Олега болезненных расстройств психики, лишающих его вменяемости. Перед отправкой в тюрьму Олег согласился перед видеокамерой рассказать мне о деятельности сатанистской группы, в которой он состоял, и о своем участии в ней.

Во время этой беседы Олег держался спокойно, с чувством превосходства, рассказывал подробно, с некоторой бравадой, что давало повод считать, что, возможно, он склонен к фантазированию. Однако убийство матери в ответ на противодействие его общению с сатанистами — реальный факт, и это заставляет серьезно относиться к его рассказу.

Олег легко дал согласие на демонстрацию в случае необходимости записанной на видео беседы с ним по телевидению, но просил не делать этого до окончания суда.

Жестокость в себе он почувствовал еще в подростковом возрасте, с начала конфликтов с матерью. Тогда он вымещал накопленное зло в рисунках, на которых изображал убийства, кровь, страдания жертв Самым любимым занятием его в то время было мучить животных и пугать людей. Вспоминает свое “изобретение”: привязывал кошку за шею к ручке входной двери какой-либо квартиры, а за задние лапы — к перекладине перил, затем звонил в дверь и прятался, подглядывая за происходящим. Ничего не подозревающие люди открывали дверь и тем самым разрывали визжащее животное.

До службы в армии, когда уже стал сатанистом, самым большим удовольствием для него было видеть лица “небелых”, избиваемых их группой. “Может кого и убивали в этих нападениях — это не важно, важно было видеть их ужасный испуг и животное страдание”.

В их сатанистской общине было человек 60–70. Руководил всем человек лет под 70, который говорил, что он — бывший священник. Встречались в подвале, который арендовали под спортивный клуб. В зале действительно были штанги и другой спортивный инвентарь, и кто хотел, мог в свободное время накачивать мускулы.

Общие встречи посвящались регулярным сатанистским праздникам или принятию в сатанисты какого-нибудь новичка. Главные праздники проходили по полнолуниям, первый праздник в году отмечался 7 января. На этих собраниях садились кругами. В центре — учитель, вокруг него — самые достойные и проверенные члены. Во втором круге и далее собравшиеся также распределялись “по заслугам”. На сборища одевали черные майки с пентаграммами и другой сатанистской символикой. Зажигали черные свечи, изготовленные из свиного жира. Начинались ритуальные прославления сатаны и клятвы верности в служении его делу. Учитель нередко рассказывал, как идут дела в других сатанистских общинах Москвы и России, говорил, что в Москве 5 мощных сатанистских организаций числом до 1000 членов, по России более 100 таких организаций, но никогда не называл ни своего имени, ни имен других руководителей; сообщал также о международных встречах в Германии, на которые он ежегодно выезжал.

По словам Олега, раз пять в году совершались ритуальные жертвоприношения. В полночь группа сатанистов из 5–6 человек выходила на улицу “выбирать” жертву. В их общине в качестве жертвы выбирались мужчины не старше 40 лет. Такому случайному прохожему наносился удар по голове и сразу же ему в лицо пускали газ из баллончика или прижимали ко рту и носу тряпку, смоченную эфиром. Затем потерявшего сознание человека затаскивали в машину и везли в свой “клуб”. В дороге по мере необходимости добавляли парализующий газ. Уже в подвале, пока жертва не пришла в себя, ее привязывали к кресту-колесу (специальный крест, который можно повернуть в пол-оборота), а рот заклеивали скотчем. Самому почетному сатанисту из круга приближенных (тому, кто подтвердил за последний месяц свое право таковым считаться) доверялось собственноручно ножом на животе жертвы глубоким разрезом изобразить пентаграмму. К тому времени несчастный должен был уже прийти в сознание, поскольку высшей наградой было предоставление возможности убивающему смотреть “глаза в глаза” своей жертве, видеть ужас, написанный на ее лице, и получать “заряд зла”. Стекающую кровь собирали в сосуд, потом колесо с распятым на кресте переворачивали и сливали оставшуюся кровь. Распятый медленно умирал от кровопотери, а его кровь под соответствующие сатанистские заклинания должен был отведать каждый.

Далее Олег рассказал, что труп расчленяли, вынимали внутренности. Сердце и мозги съедал учитель, “менее ценные органы” раздавались на ритуальное поедание остальным сатанистам в зависимости от их иерархической принадлежности (занимаемого ими места в рядах вокруг учителя). “Все ели без сострадания во славу сатаны”. Остатки вывозили в лес, обливали бензином и сжигали, а затем закапывали. Документы убитого также сжигали, а деньги “шли в общак”. По словам Олега, за последние 5 лет было совершено около 20 таких ритуальных убийств, лет пять назад так был убит священник одного из храмов в Юго-западном районе Москвы (пока у меня нет объективных данных, чтобы подтвердить это сообщение).

В обязанности членов общины помимо вербовки новых адептов входило приобретение холодного оружия (огнестрельным они пренебрегают потому, что оно не дает возможности “глаза в глаза” видеть смертный ужас своих жертв). Оружие в целом необходимо для массового выступления “в назначенный час”, о котором сообщит руководитель. “В этот час выступят все сатанисты и будут убивать всех, кто не согласится поклоняться сатане. Они установят свой порядок, и сомнений в победе у них нет”.

Физическая подготовка, особенно усвоение восточных видов борьбы — также непременная обязанность членов общины. Желательно чаще напоминать о своей силе вандализмом на кладбищах, осквернением могил — перевертывая кресты верхней перекладиной вниз (“сатанинский крест”).

За каждым членом общины закреплялся какой-либо информационный источник. В персональные задания входило отслеживание информации о сатанизме, о тех, кто выступает против сатаны. В общине Олега есть люди, которые следят за этим даже в интернете. Сам он был обязан регулярно просматривать газету “Московский комсомолец”, выявлять соответствующие публикации и сообщать об этом учителю.

Выход из подобного сообщества, по словам Олега, невозможен. Все знают, чем закончится такая попытка, и желающих оказаться жертвой нет: “Это как мафия”.

Во время видеозаписи Олег подтвердил, что убил мать за то, что она “развешивала иконки” в его комнате: “Они так смотрели на меня, что я не мог вынести”. После нанесения ударов матери молотком по голове, он разбил иконы. Выйдя к своим соратникам-сатанистам похвалился, что во имя сатаны убил мать и хотел подтвердить, но они отказались, поверив на слово. После этого они “гуляли по улицам”, и он “забыл” об убийстве. До настоящего времени нисколько не сожалеет о своем преступлении. Готов пойти в тюрьму: “Сначала будет трудно, а потом найду своих и нам будет хорошо”. Утверждает, что как только освободится из заключения вернется в свою общину и за убийство матери во имя сатаны будет удостоен места в первом почетном круге около учителя…

10 февраля 1999 года Солнцевским судом г. Москвы Олег С. был осужден по ст. 105 ч.1 УК РФ на 10 лет лишения свободы. Во время судебного процесса не было обращено внимания на данные о “сатанистской мотивации” совершенного убийства.


Сатанизм криминально-мировоззренческий

Следующее наблюдение из судебно-психиатрической практики раскрывает иной тип сатанистов. Речь идет о сатанистах-одиночках. Они имеют контакты с сатанистами организованных ритуальных групп, но не хотят быть с ними жестко связанными. Объясняют это аналогией с “монахами в миру”: “сатане тоже можно служить в одиночку”. В то же время при совершении того или иного преступления могут входить в какую-то временную группу, не обязательно состоящую из сатанистов.

Изначально у этих сатанистов нет чувства своей социальной ущербности, но есть проблемы общения со сверстниками, что предопределяет их “уход в мир книг”.

Сатанисты из так называемых “благополучных” семей чаще всего начинают свой путь к сатанизму индивидуальным постижением оккультизма, пользуясь упомянутой свободой информации. Можно сказать, что первоначальный интерес исходит из “интеллектуальной потребности” разобраться в смысле жизни. Свое сатанинское образование они в основном получают из книг.

Александр Т., 1974 г. рождения, обвиняется по ст. ст. 158 ч. 2 п.п. “а, б, в, г”, 150 ч.4 УК РФ в том, что 26 апреля 1997г. совместно со своей несовершеннолетней сожительницей Л-вой Н. Н. похитил из квартиры, которая так же являлась мастерской художника Г. С-ва, мужскую куртку, две женские шубы из натурального меха, фотоаппарат и пять икон.

Судебно-психиатрическое освидетельствование проведено 2 марта 1999 года в Центре им. В. П. Сербского.

По словам Александра, его мать, брат и родственники со стороны матери страдают психическими заболеваниями. О раннем периоде развития сведений нет. Воспитывался в материально благополучной семье. В школу поступил своевременно, учился плохо. По характеру был вспыльчивым, раздражительным, неусидчивым, конфликтовал с учителями и одноклассниками, часто убегал из дома в знак протеста против назиданий родителей. Со слов Александра известно, что во время учебы в младших классах он дважды госпитализировался в психиатрическую больницу в Краснодаре. После переезда семьи в Москву также несколько раз лечился в психиатрических больницах, диагнозов, устанавливавшихся ему в то время, не знает. В уголовном деле имеется справка из психоневрологического диспансера о том, что с 1982 г. по 1986 г. он состоял на учете с диагнозом: “Олигофрения в степени легкой дебильности неясного генеза, психопатоподобный синдром”. В дальнейшем Александр был переведен во вспомогательную школу, с трудом окончил 8 классов. После школы нигде не учился, не работал. Дружить со сверстниками не любил. Увлекался чтением книг по спиритизму, сатанизму, которые хранились у его деда.

В армии Александр не служил, переведен в запас (причина негодности к службе в армии в мирное время к психическому здоровью не относится). В 1990 г. он был осужден за кражу на 2 года условно с отсрочкой исполнения приговора на 1 год. В 1992 г. привлекался к уголовной ответственности за грабеж и с учетом не отбытого наказания по преступлению 1990 года был приговорен к 3 годам лишения свободы. Из мест заключения освободился в 1994г. Во время отбывания срока наказания часто вступал в драки с другими осужденными, получал травмы головы, в том числе и с потерей сознания, за медицинской помощью не обращался. За полгода до освобождения встретил человека, который был членом сатанистской секты. Он обучал сатанистским обрядам, давал соответствующую литературу. После освобождения Александр жил у знакомых, со своей семьей практически не общался.

Как известно из материалов уголовного дела, Александр, давая показания, сообщил, что в день преступления он решил обокрасть квартиру художника, у которого есть старинные иконы. Он знал, что вся семья художника пойдет на Пасху в церковь. Александр вместе с Л-вой проникли в квартиру через форточку, взяли оттуда вещи, а затем, покинув квартиру тем же путем, поймали такси и уехали, расплатившись с шофером украденным фотоаппаратом. Во время судебного заседания Александр заявил, что психически нездоров, что он — сатанист, и так как был православный праздник, он должен был украсть иконы, чтобы их сжечь. Требовал направить его на судебно-психиатрическую экспертизу.

В период пребывания в Центре им. В. П. Сербского в целом последовательно излагает и правильно датирует основные события своей жизни. Говорит, что после перенесенных травм головы стал отмечать нарушения сна, сильную раздражительность: с трудом сдерживается, его стало легко “вывести из себя”. Себя характеризует человеком жестоким, который любит использовать других людей для удовлетворения своих прихотей. Рассказывает, что еще в детстве интересовался всем необычным, читал книги по оккультизму и сатанизму, сравнивал их с православной верой. Его привлекли в сатанистском учении полная свобода, отсутствие каких-либо запретов. Определяющим оказалось то, что в подростковом возрасте он после чтения очередной из таких книг, произведшей на него сильное впечатление, впервые увидел, засыпая, рядом с кроватью образ сатаны, при этом очень испугался. Сатана выглядел как обычный человек, одетый в черный костюм, только вместо глаз у него были пустые светящиеся глазницы, и он, назвав какой-то цифровой код, пропал. После этого случая Александр уверовал в реальность существования сатаны и в то, что поклоняясь ему, человек обретает вседозволенность, власть над людьми, которые всего лишь “грязь”, и при этом чувствует себя выше, сильнее и значительнее всех.

В заключении впервые услышал незнакомый мужской “голос” со стороны, решил, что это — голос сатаны. “Голос” слышался, когда Александр нервничал или когда возникала необходимость в принятии какого-либо решения. После освобождения он записался в Пушкинскую библиотеку, где для пополнения знаний читал книги по сатанизму. Там же познакомился с членами сатанистской секты. Несколько раз посещал собрания секты и понял, что ему удобнее быть “сатанистом-одиночкой”, так как он не терпит быть в подчинении у кого-либо. Считает, что обладает определенными способностями, умеет “наводить порчу на смерть” по фотографии и будто бы делал это неоднократно в местах лишения свободы. Заявляет, что, глядя в глаза человеку, может увидеть его “настоящее лицо”, считает это очень важным даром. Уверен, что сатана за его служение наградит его и другими необычными способностями, которые позволят ему управлять людьми. Рассказывает, что украл иконы только для того, чтобы совершить определенный сатанистский обряд, при этом настаивает, что в квартире художника его интересовали именно иконы как предмет православной веры. Находясь на экспертизе, активно общается с окружающими, рассказывает им о преимуществах сатанизма, ведет себя развязно. Интеллект в целом соответствует полученному образованию и жизненному опыту. Словарный запас достаточный, речь грамматически правильная. Мышление последовательное. Критические способности сохранены.

При экспериментально-психологическом исследовании выявляются эгоцентричность, повышенные самооценка и уровень притязаний, потребность в признании со стороны окружающих, стремление к доминированию в социальных контактах, чувствительность в отношении собственной личности в сочетании с поверхностным формальным характером межличностных связей, затруднения в установлении близких, доверительных отношений. Обнаруживается стремление строить свое поведение, ориентируясь на собственное мнение и оценки, игнорирование социальных норм при слабой сформированности сферы морально-этических критериев.

Экспертной комиссией установлено, что психическим заболеванием Александр не страдает, у него имеются остаточные явления послетравматического поражения головного мозга в основном на уровне неврологической симптоматики. Отмечено, что его высказывания об испытанных им “видениях, голосах и необычных способностях” не являются признаками психотического состояния в рамках какого-либо психического заболевания.

Перед отправкой в тюрьму Александр согласился перед видеокамерой более подробно рассказать о своей приверженности сатанизму, тем более, что после ареста он уже пояснил мотивы своего преступления, дав интервью программе “Дорожный патруль” канала ТВ-6.

При видеозаписи он вновь отрицал корыстный мотив кражи. Объяснил, что ему были нужны намоленные иконы для того, чтобы их “испоганить”, снять с них “белую энергетику”. А чтоб “эффект был сильней”, кражу совершил в пасхальную ночь, когда хозяева ушли в церковь. Представлял, как они в праздничном настроении вернутся домой разговляться, а в квартире все перевернуто.

По рассказу Александра, в 15-тилетнем возрасте он попросил у своего деда дать почитать что-нибудь о смысле жизни (гулять со сверстниками не любил, они были для него неинтересны). Дед дал сначала Новый Завет, а потом “какую-то сатанинскую книгу старого издания”, сказав при этом: “Надо знать и ту, и противоположную стороны”. “Почитал, посмотрел на взаимоотношения людей и понял, что они живут по законам сатаны. А раз так, надо быть с более сильными, и поэтому решил искать связи с сатанистами”. “Сатанисты друг друга легко опознают: у них перстень-печатка, соответствующая одежда, разговор, наколки с тремя шестерками — знак Антихриста и другое” (показывает вытатуированный у него на руке сатанистский символ).

Нашел группу сатанистов, один раз присутствовал на “мессе”, было интересно. “Но там у них все распределено по ступеням, и мне самого таинственного не показали”. Решил стать сатанистом-отшельником, связи с сатанистами поддерживал, но на собрания больше не ходил.

Рассказывает, что после прочтения книги “Синагога сатаны и обручение” был потрясен приведенным в ней случаем: во времена инквизиции ведьму, которую заставляли каяться за связи с сатаной, опустили в котел с кипящей смолой, а когда вынули, “все пришли в ужас — с нее не упал ни один волос. Вот, что делает вера!”. Был так же потрясен “фактами” силы сатаны. После этого ночью, уже засыпая, вдруг очнулся и увидел, что у кровати стоит мужчина: “сколько ему лет — сказать нельзя, голова была как череп с проваленными глазницами, из которых исходил красный свет. Испугался, было ясно, что это — сатана, он сказал: “Мы еще встретимся” и исчез".

Вторая, она же — последняя “встреча” с сатаной была “не так давно”. Перед ним явился сатана с трезубцем и сказал: “Я дам тебе, что хочешь, но лишу тебя глаз”. “Я сначала отказался и только потом понял, что сатана не в прямом смысле хотел лишить меня зрения, а заменить мне человеческое зрение на демонское, он предложил мне полностью поменяться и делать только зло, зло, зло”. “Зло — оно прекрасно. Главный грех — гордость”, “Я на первом месте, и показать, что я выше других, допустимо любым способом. Человеческие качества должны во мне исчезнуть, никаких привязанностей и только слепое служение сатане. Теперь я к этому готов!”

Говорит, что не боится суда: срок определит не суд, а сатана, “сколько он даст — будет его воля. Главное это духовный рост, расти можно и в зоне, остальное приложится”. Лелеет мечту: после освобождения уехать в деревню к старенькой “колдунье-пакостнице”, которая не лечит, а делает зло — порчи, проклятия, и стать ее учеником. “Я бы ей помогал по хозяйству, колол дрова, делал, что скажет, а она перед смертью передаст мне всю свою энергетику и всех своих демонов, которые у нее на службе”. Считает, что ему нужно еще поучиться, хотя и сейчас многое может сделать через сатану: “Когда мне человек не нравится, могу сосредоточиться, вызвать сатану, при этом слышу его голос и через него навожу проклятия... Однако это не всегда получается: если человек верит в Бога, то проклятие до него не доходит, оно делает три круга и возвращается ко мне во вред”. Считает, что у него еще есть остатки жалости, которые надо уничтожить.

Утверждает, что Антихрист уже родился в 1998 году от духовно падшей женщины, сатанистки, и уже во чреве матери стал сатаной. Скоро придет его царствование. Считает, что Бог не сумел победить зло — “Семя Каина сохранилось, оно перемешалось с семенем Авеля и распространилось во всем их потомстве”. “У каждого человека есть и то, и другое семя, надо только взрастить семя Каина, а это делается через соблазн”.

Александр подробно рассказывает, как пытался совратить христианку-девственницу. Притворялся перед ней православным, ходил в церковь, где она пела в хоре. Там, якобы, познакомился с одним иеромонахом (называет его имя), который был экстрасенсом-ясновидящим и понял его цели. Этот иеромонах отговорил его: “Я вижу, что она больная, зачем она тебе, я тебя познакомлю со здоровыми”. Якобы они, Александр и этот иеромонах, сдружились, вместе в его келье, даже во время поста, пьянствовали и “гуляли с девушками”. “Иеромонах лишь играл свою роль”, на самом деле он был сатанистом*.

* Трудно сказать, заслуживает ли доверия подобная “откровенность”. За ней может стоять, к сожалению, реальный факт, но вполне возможно, что это всего лишь клевета, обусловленная ненавистью к Церкви и священству.—Ред.

Говорит, что время от времени слышал голос, который говорил: “Сегодня необычный день, надо идти в церковь и сделать богохульное”. Ходил, делал, что мог, но главную богохульную мечту осуществить не успел. “Очень хотелось совершить половой акт в алтаре со служительницей церкви и записать это на видеопленку, чтобы потом хорошо вспоминалось”.


“САТАНИЗМ” КАК ПСИХИЧЕСКОЕ РАССТРОЙСТВО

У описанных сатанистов психических расстройств, которые могли бы дать основание диагностировать у них психоз, нет. Их рассказы о явлениях им сатаны и слышании его голоса нельзя однозначно определить как болезненные обманы восприятия. Понимание этих явлений выходит за рамки психиатрии как науки о психических заболеваниях. Однако вместе с тем среди действительно психически больных людей фабула сатанизма, борьбы Бога и диавола за их души достаточно распространена, она описана как религиозный психоз еще в прошлом веке и в последнее десятилетие встречается довольно часто.

В качестве примера короткая иллюстрация.

Больной шизофренией М. Он обвинялся в вымогательстве: около полудня подошел к частной продовольственной палатке, назвался рэкетиром, потребовал 10 тыс. рублей (не деноминированных), в ответ на отказ заявил, что придет из четвертого измерения с демонами и убьет продавщицу и ее детей; при задержании сотрудниками милиции пытался бежать. До совершения данного деяния был социально дезадаптированным: то находился в местах лишения свободы, то лечился в психиатрической больнице, где говорил, что с 17-ти лет его беспокоят голоса, которые ругают, “гонят” его; временами появляется демон, который “копошится в голове, прямой кишке, бьет по голове, мешает спать, не дает есть, колет иголками, диктует свое”. Вместе с тем какого-либо отражения на социальном поведении идеи подвластности сатане ранее не отмечалось.

Во время пребывания на экспертизе его высказывания были довольно бессвязными, иногда было трудно понять их смысл. Он сообщил, что в 9 лет “увидел черта и попросил у него демона, чтоб тот помогал ему в жизни, чтоб в доме деньги водились”. Демон пришел и поселился в его голове, шевелил его волосами, мог входить и выходить. Этот демон поселил в его тело еще двух демонов, которые дерутся между собой, разрушают его плоть. Чтобы испугать демонов (так как они могут жить только в его теле), совершал суицидальные попытки. Ощущает себя роботом. “Демоны меня любят, это единственные мои друзья... Устал от них, т.к. они отобрали мои мысли, чувства, заставляют поступать так, как не хочу... Демоны помогают мне, дают подарки, открыли третий глаз — дар предвидения. Они показывают мне, что будет; я вынужден выполнять их желания, заставили меня токсикоманить, пить, воровать, посылали ко мне гомосексуалистов... Когда они спали, я на них напал, выколол им глаза, оторвал уши... В моем сердце поселился сатана и Иисус Христос. Тело мое — храм Божий, но демоны из него не могут выйти, так как они слепы, а я закован цепями сатаны...”. При целенаправленных вопросах с трудом удается систематизировать его суждения.

Хотя фабула сатаны проходит через все высказывания этого больного, назвать его сатанистом нельзя — здесь нет ни приверженности идее сатанизма, ни поведения, которое отражало бы эту приверженность. Относительное учащение такой бредовой фабулы в переживаниях психически больных в последнее время можно объяснить изменениями в общественном менталитете, в информационном поле, которым окружены больные. Болезненные переживания отражают как в кривом зеркале реалии общественной жизни. Десятилетие назад доминировали у психически больных бредовые идеи преследования агентами ЦРУ и КГБ, теперь это — большая редкость. Заполнение информационного поля сообщениями о колдунах, ведьмах, экстрасенсах, кознях сатаны и так далее стало источником болезненных переживаний. Следует отметить, что у больных, в том числе нерелигиозных, встречается бредовая убежденность, что они являются настоящими “Богом Иисусом Христом” или “Девой Марией”. В некоторых случаях такая непоколебимая уверенность больных в своей божественной сущности приводила к тому, что даже окружающие начинали верить в то, что перед ними, действительно, “Бог” или “Божия Матерь” и обращались к ним с молитвенными просьбами о помощи.

Более сложными являются наблюдения в тех случаях, когда есть сочетание психической патологии с принятием, даже временным, сатанистской идеологии, когда все смешивается в единый клубок болезненных религиозных переживаний с внешними проявлениями и действиями, соответствующими сатанистской духовности.

Самым ярким примером может служить больной Н. Аверин. Его имя многократно упоминалась в средствах массовой информации, а совершенное им преступление анализировалось в духовной литературе. Опишу этот случай подробнее, поскольку между медициной, психиатрией и позицией церкви согласия по поводу его трактовки не найдено.

Экспертиза в отношении Аверина проведена в Центре им. В. П. Сербского 13 июля 1993 года. Основанием для экспертизы послужило постановление следователя по особо важным делам прокуратуры Калужской области, в котором говорилось, что 18 апреля 1993 года, около 6-ти часов утра, в монастыре Оптина Пустынь г. Козельска были убиты трое священнослужителей: иноки Трофим, Ферапонт и иеромонах Василий. В совершении указанного деяния обвиняется гр-н Аверин Н. Н. В 1991 году Аверин привлекался к уголовной ответственности, но был признан невменяемым и направлен на принудительное лечение. В феврале 1992 года после курса лечения он был выписан. Следователем было дано разрешение съемочной группе “Экран века” (руководитель студии Беляев И. К.) телерадиокомпании Останкино производить видеозапись работы экспертной комиссии.

Экспертами об Аверине была получена следующая информация. Его двоюродный брат страдает шизофренией, неоднократно лечился у психиатров. Сам Николай в развитии от сверстников не отставал. По характеру формировался спокойным, послушным, отзывчивым. Боялся темноты, одиночества, иногда ночью казалось, что за дверью кто-то стоит, хочет его похитить. Часто повторялся один и тот же сон: видел маленьких людей, которые его похищают. В школу поступил своевременно, учился удовлетворительно, интереса к учебе не проявлял. В классе всегда был спокойным, дисциплинированным, ответственным. Когда ему было 10 лет, во время службы в армии погиб его сосед. Тяжело переживал случившееся, стал задумываться о смерти, появился страх умереть, много думал о том, что с человеком случается после его смерти. Однажды ночью увидел светлый полупрозрачный человеческий силуэт, чувствовал на себе его взгляд, при этом испытал сильный страх. Понял, что к нему приходил “дух” умершего соседа. В подростковом возрасте стал задумываться о смысле жизни, добре и зле, о бесконечности вселенной, о вмешательстве высших сил в судьбу человека, иногда видел как бы из космоса маленькую Землю. Этим размышлениям посвящал почти все время, иногда не мог от них избавиться, они “раскручивались” против его воли. В этот период стал замкнутым, малообщительным, не поддерживал отношений со знакомыми. После окончания 8-го класса поступил в культпросветучилище, имел хорошие отметки по специальным предметам. В 1980 г. был призван в армию, службу проходил в Афганистане. За время службы ранений и травм не имел, что относил на счет вмешательства “высших сил”, считал, что Бог “охраняет его”.

После увольнения из армии внезапно стал религиозным, “фанатиком веры”, исполнял все обряды, однако Библию и Евангелие прочитать до конца не смог. Уезжал в Калугу, проповедовал на улицах христианство, называл себя Иисусом Христом. Согласно показаниям родственников испытуемого, в тот период он “стал очень нервным”, плохо спал, боялся ходить по улицам, говорил, что его могут убить. Несколько раз устраивался на работу, однако подолгу нигде не удерживался. В 1988 г. внезапно услышал резкий свист, стал против своей воли притоптывать. Появилось ощущение, что за ним наблюдает “некий мудрец”, который знает все его мысли, от которого ничего нельзя скрыть. Внезапно появилась мысль: “Мы — роботы”. В ответ услышал в голове “мыслеголос”: “Ты — робот”. Внутренним взором увидел светящуюся проекцию своего тела, чувствовал, как по телу передвигаются атомы. Внутренний “голос” приказал ему удариться головой о стену, он выполнил приказ, так как не мог противиться ему. Затем увидел на стене светящийся треугольник, в голове появилось изображение летающей тарелки с сидящими внутри “железными людьми”, разговаривал с ними о СПИДе, катастрофах на Земле. Инопланетяне сообщили ему, что это “кара Божья”. С тех пор слышал голос постоянно, считал, что это голос Бога. Голос смешил его, показывал людей в смешных позах. Голос вмешивался в его мысли, чувства, вызывал слезы, печаль, иногда напротив — радость и смех, “показывал” ему сны. Издевался над ним, оскорблял, комментировал его мысли и действия. Чтобы избавиться от этого “голоса”, Аверин хотел покончить с собой, наносил себе порезы. “Голос” объявил его братом сатаны, утверждал, что при рождении в его тело вселился дух диавола.

В 1989 г. в связи с явным психическим расстройством Аверин был стационирован в Московскую психиатрическую больницу № 4 им. П. Б. Ганнушкина. При беседе с врачами был тревожен, подавлен, говорил о своей связи с Богом, рассказал, что в него “вселился бес”, который, “испугавшись лечения”, на некоторое время покинул его. Спустя две недели он был выписан по просьбе родственников с диагнозом: “Шизофрения параноидная непрерывнотекущая”. В 1991 г. Аверин был привлечен к уголовной ответственности за попытку изнасилования, по этому делу он был амбулаторно освидетельствован в Калужской областной психиатрической больнице № 1. Жаловался на свист в голове, на голос, который не давал ему спать. Он то смеялся, то тревожно оглядывался. Иногда внезапно начинал сквернословить, кричать. Было дано заключение, что Аверин страдает шизофренией, в отношении содеянного невменяем, ему рекомендовалось принудительное лечение в психиатрической больнице.

С 21.08.91 г. по 8.02.92 г. он находился на принудительном лечении в калужской областной психиатрической больнице № 1 с диагнозом: “Шизофрения”. Во время пребывания в больнице бреда и галлюцинаций у него не выявлялось, однако он был убежден, что необычные ощущения и переживания, которые у него были, вызывались вмешательством Бога. Иногда говорил, что Бог оберегает его, подсказывает ему, что делать, дает понять, что все видит. В отделении он был упорядочен в поведении, вежлив с персоналом, участвовал в больничной самодеятельности. После выписки оформил разрешение на предпринимательскую деятельность, однако ничем конкретным не занялся. Читал литературу о сверхъестественных явлениях, неоднократно посещал экстрасенсов и гадалок, от них узнал, что у него “черная аура”, свойственная аду.

Через некоторое время вновь стал слышать “голос Бога”, который вмешивался в его мысли. Окружающим говорил, что ему очень тяжело из-за этого голоса, он не хочет жить, что-то с собой сделает. Стал нелюдимым, замкнутым. Сказал матери, что “обозлился на Бога”, так как прошел Афганистан без единой царапины, а теперь ему голоса с неба угрожают, не дают покоя. Не мог простить Богу того, что “Он его наказывает”. Говорил, что “при жизни с Богом не справится, а на том свете с ним поквитается”. Чтобы избавиться от “голоса”, решил стать на сторону сатаны. Начал ругать Бога нецензурными словами. Заявлял, что он — брат сатаны, будет вместе с ним в астральном мире, что ненавидит Бога. Продал иконы, порвал Библию, изрубил ее. Решил за свои мучения отомстить Богу путем убийства трех его служителей. Для этого изготовил меч с выгравированными на нем цифрами 666.

В ходе следствия Аверин давал подробные показания, свою вину признавал, сообщил, что слышал голос Бога, который издевался над ним, заставлял делать то, что он не хотел. Тогда понял, что “Бог — зло”, что “сам он — сатана”. Заявлял, что всей своей жизнью готовился к этому убийству, так как хотел этим “достать” Бога на земле. Утверждал, что он — воин сатаны в войне Бога и сатаны за души, и то, что он совершил, нельзя считать уголовным преступлением, как не может считаться уголовным преступлением убийство противника на войне.

При обследовании в Центре им. В. П. Сербского Аверин цель экспертизы понимал правильно. Настроение было приподнятым, охотно беседовал, держался несколько высокомерно, высказывал недоумение по поводу направления его на судебно-психиатрическое освидетельствование, так как считает себя психически здоровым человеком. Жалоб не предъявлял, многословно, непоследовательно рассказывал о своих переживаниях. Говорил, что помнит себя еще не родившимся — в астральном мире “как взгляд”, который “невозможно выдержать”. Утверждал, что в него вселился дух сатаны, он является его братом из “круга властелинов ада”. Пространно, иногда теряя нить беседы, со склонностью к бесплодным рассуждениям описывал мир вселенской борьбы Бога и сатаны, в котором он существует, заявляет, что не боится смерти, так как тогда наконец будет рядом с сатаной. С раздражением говорил, что “голос Бога”, который он постоянно слышит в голове, издевается над ним, “доводит до бешенства”, поэтому он решил отомстить Богу, убив Его служителей. Рассказывает, что голос запрещал, всячески препятствовал задуманному убийству, трижды он приходил в монастырь, однако не мог выполнить свою “миссию”. Высказывал предположение, что если Бог допустил до этого, хотя мог ему “устроить автокатастрофу”, “вызвать тяжелую болезнь” и т. д., то, возможно, мысль об убийствах внушена ему самим Богом. О содеянном говорил равнодушно, без эмоциональной окраски, считая, что выполнил свою миссию. Выражал желание быть признанным вменяемым, “чтобы его не считали сумасшедшим”. Подчеркивал, что совершил убийства обдуманно, готовился к ним, не сожалеет о них. Рассказывал, что голос все время пытается поговорить с ним об этом, но он “не идет ни на какие переговоры”. За несколько дней до проведения экспертного освидетельствования заявил, что про “голоса” все придумал, “просто решил на всякий случай иметь диагноз”, пытался объяснить убийства тем, что “монахи считали нашу жизнь скотской”. Заявляя это, улыбался, начинал рассуждать о том, что он “как властелин ада” не будет испытывать “никаких мук” за содеянное.

При экспериментально-психологическом исследовании Аверина у него были выявлены выраженные нарушения мыслительной деятельности, неадекватный характер восприятия и эмоционального отношения к практическим ситуациям, искаженные представления о своих возможностях без критического отношения к своим действиям.

Экспертной комиссией установлен диагноз: шизофрения. Поскольку убийства совершены по бредовым мотивам, было дано заключение о невменяемости. Учитывая, что бредовые переживания сохраняют свою актуальность, имеются тенденции к диссимуляции (их сокрытию), а также в связи с тяжестью совершенного, Аверину, как представляющему особую социальную опасность, рекомендовано принудительное лечение в психиатрической больнице со строгим наблюдением (в настоящее время эти больницы называются “психиатрическими стационарами специализированного типа с интенсивным наблюдением”).

Основанием для подобного диагноза послужили симптомы шизофрении, характерные для этого заболевания не только по своему психопатологическому взаимосочетанию, но и по динамике развития. Заболевание началось исподволь в подростковом возрасте и манифестировало примерно с начала 80-х годов с возникновения “больших синдромов” шизофрении в виде вербальных псевдогаллюцинаций, речедвигательных и сенсорных автоматизмов, в связи с уже в 1980 г. Аверин был признан больным шизофренией.

Трагедия в Оптиной Пустыни привлекла широкое внимание средств массовой информации не столько из-за факта гибели трех человек, сколько из-за религиозно-мистической мотивации убийств. Вся фабула бредовых переживаний больного, носившая нелепый квазирелигиозный характер, формально не противоречила “нормативности” современного общественного менталитета, принявшего правомерность существования различных религиозных убеждений. Возможно поэтому основная позиция средств массовой информации совершенно расходилась с данными психиатрической экспертизы: происходившее с Авериным (а у него присутствовали явные признаки нарушения психики) представлялось журналистам не болезнью, а религиозными переживаниями. Более того, официальное телевидение добилось эксклюзивного права производить видеосъемку больного в следственном изоляторе, а также в период его пребывания на экспертизе и непосредственно во время судебно-психиатрического освидетельствования. Все это делалось по инициативе известного сценариста с целью подготовки “документального” фильма о сатанистах. Заключение экспертной комиссии о том, что Аверин страдает шизофренией, было оценено авторами сценария как “очередное злоупотребление психиатрии” — именно потому, что идея сатанизма вполне совместима с реальностью и имеет широкую распространенность.

“Сатанизмом” Аверина стали иллюстрироваться некоторые богословские труды. Однако в медицинском понимании это — проявления психического заболевания, развившегося у личности с соответствующей наследственной предрасположенностью, перенесшей стрессовые ситуации (война в Афганистане) и выражающегося в классической форме психопатологических признаков, многие из которых я в статье для широкого читателя не привел, поскольку они обозначаются специальными профессиональными терминами. Сатанистской духовной ориентации и сатанистской деятельности как таковой у Аверина не было, его “сатанизм” — всего лишь распространенная фабула болезненных переживаний. Хотя, действительно, на мысль, что у него “черная аура”, его навели “экстрасенсы”, к которым он обращался, пытаясь понять, что с ним происходит…

Данное нами заключение подтверждается описанием психического состояния Аверина в период его продолжающегося до последнего времени пребывания на принудительном лечении. С первых месяцев после поступления в больницу он был спокоен, однообразен. Неохотно вступал в беседу, рассказывал о своей жизни. Подтверждал, что накануне совершенных убийств постоянно слышал “голоса” приказывающего характера, ему казалось, что его телом управляют. Переживания были очень неприятные. Решил, что это Бог воздействует на него, и, чтобы отомстить Богу, решил убить Его слуг. Говорил, что ему было жалко убивать монахов, но он убил их мечом, “а меч — это оружие властелинов, от меча умереть мечтает каждый воин”. Уверял, что сейчас он пересмотрел свои взгляды на религию, и хотя периодически слышит в голове “голоса” и “чужие мысли” — в основном “ругань и мат”, но теперь считает, что это делает “нечистая сила”. У больного отмечены выраженные паралогичность мышления и эмоциональное уплощение. В отделении держался уединенно, был послушен медперсоналу, подчеркнуто вежлив. Беспрекословно принимал назначаемое ему лечение.

На фоне этого лечения с апреля 1996 г. стал уверять, что “голосов” больше не слышит. Охотно включался в трудовые процессы, работал слесарем в гараже, пользовался правом свободно выходить из отделения. Охотно беседовал на отвлеченные темы, на тему религии. О содеянном заявлял: “Боюсь вспомнить, ошибка заключалась в неправильном понимании Священного Писания, сам по себе я не смог бы этого сделать”. С начала 1997 г. больной стал усиленно молиться. Стремится уединиться и, стоя на коленях, молится, при этом бьется головой об пол, о стены, нанося себе ссадины и синяки. При беседах заявляет, что он совершил очень тяжкий грех и теперь хочет замолить его. Читая молитвы, иногда допускает ошибки и, чтобы наказать себя, снова бьется головой о стены или об пол. Наличие обманов восприятия (“голосов”) отрицает. Пребыванием в больнице не тяготится. Высказывает намерение после окончания лечения уйти в монастырь и посвятить себя служению Богу. Фон настроения ровный.


Обсуждение основных положений

Приведенные примеры приверженности сатанизму людей, не страдающих психическими заболеваниями, показали единство их взглядов с учением современных сатанистских наставников, обозначили характер некоторых вариантов сатанизма, а, главное, показали его реальность.

Сатанизм противоестественен для психически здорового человека, человека, воспитанного в традициях христианской нравственности (как, впрочем, и атеиста, если он воспринял эту же нравственность из атмосферы соответствующей социо-культурной нормативности). С идеями сатанизма не рождаются, они или появляются в результате переживания (нередко бессознательного) своей ущербности, социальной несостоятельности с потребностью в их гиперкомпенсации, или прививаются посредством внешнего воздействия — в ходе общения с членами сатанистских сообществ, их лидерами, ??? сатанистской литературы. Огромное влияние оказывает здесь и сама сатанинская по своему характеру современная “нравственность” “Нового Века”, о которой уже говорилось выше.

От рождения ребенок не имеет каких-либо злых начал. Его стремление к самоутверждению естественно. И оно сохраняет эту естественность, если воспитатели будут ограничивать развитие эгоизма и эгоцентризма. Полноценное нравственное воспитание (не только словом, но и, главное, примером), соответствующая духовность окружающих людей — вот залог того, что ребенок не окажется в будущем “открытым” для восприятия идеологии сатанизма.

Многолетний практический опыт подтверждает истинность свидетельства апостола Павла о существовании внутреннего или естественного нравственного закона даже у людей, никогда не соприкасавшихся с понятиями христианской нравственности (то есть язычниками, по христианской лексике). Апостол Павел говорит: когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон: они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую (Рим. 2, 14–15).

Различение и противопоставление понятий добра и зла имеется в истории всех цивилизаций, и всегда добро понималось как естественное положительное качество человека, а зло — как приобретенное (в связи с разными обстоятельствами). Поклонение сатане, то есть злу по определению, возможно только тогда, когда совесть человека лишена добра. Естественное добро, которое в той или иной форме проявлялось в детстве у всех наблюдавшихся нами сатанистов, было заглушено обстоятельствами последующей жизни.

Подростки-сатанисты — все из неблагополучной среды*: вместо доброго семейного воспитания с формированием положительных нравственных ориентиров — постоянные примеры жестокого, злобного отношения взрослых, вместо воспитания в духе взаимной любви — пренебрежение к личности подростка, что питает постоянное ощущение никому ненужности и создает стрессовую ситуацию с чувством тревожности.

* Под “неблагополучием” в данном случае не следует понимать только лишь низкий материальный уровень или социальное положение. Сатанисты могут происходить из семей, прекрасно обеспеченных, их родители могут занимать в обществе достаточно высокое положение. Речь здесь идет о неблагополучии, в первую очередь, духовном — именно здесь корень и первопричина возникающей позднее в человеке извращенности восприятия окружающего мира и отношения к нему.— Ред.

Аффилиация, психологическое понятие, показывающее стремление человека быть в обществе, проявляется у таких подростков как тенденция к объединению с себе подобными. Общение и близость подростков с одинаковыми личностными проблемами приводит к прямому снижению тревожности, смягчая последствия как физиологического, так и психологического стресса.

Именно поэтому такие подростки, не имея возможности войти в иную группу общения (ибо там они рисковали бы не найти соответствующего их особенностям взаимопонимания) легко присоединяются к антисоциальным группировкам, к числу которых несомненно относится описанная нами “Начальная школа сатанизма”. Здесь помимо чувства общности у подростков формируется осознание своего превосходства над “благополучными” сверстниками. А целенаправленное формирование наставником ориентации на нормативность сатанистского отношения к обществу развивает и закрепляет у этих молодых людей соответствующий характер поведения. Вместе с тем подростков в значительной степени привлекает внешняя сторона сатанистских ритуалов, их таинственность, эксцентричность. Служение сатане у них носит игровой, поверхностный характер без фундаментальной личностной ориентации на верность служения сатане.

И конечно, единственным способом не допустить приобщения подростков к таким сатанистским группам является устранение первопричины — неблагоприятных условий существования в семье и общего социального неблагополучия в стране.

Далеко не все подростки, оказавшиеся в “школах сатанизма” становятся затем “кадровыми” сатанистами. Разрыв с группой по каким-либо внешним причинам (в связи с переездом в другую местность или даже с арестом) отнюдь не всегда приводит впоследствии к поиску новых контактов с сатанистскими группами. В случаях благоприятного изменения ситуации участие в сатанистской группе порой постепенно забывается.

Иная картина, когда у подростка исходно формируется индивидуально-оппозиционное отношение к окружающим, к социальной нормативности. Здесь причину нужно искать в определенной психической “слабости”, связанной чаще всего с неблагоприятными условиями формирования личности, отсутствием духовной связи с теми, кто мог бы дать им правильные нравственные ориентиры (как отмечалось это и выше). Существенную роль играет в подобных случаях и последствия раннего органического повреждения головного мозга, связанного с перенесенными травмами, либо с тяжелыми инфекционными заболеваниями — то есть с причинами, затрудняющими адекватное своевременное развитие психики и социализацию личности.

Невозможность достичь желаемого для себя социального статуса заставляет у таких подростков обвинять в своей ущербности сначала ближайшее окружение, а затем и всех людей вообще. Формируются своего рода “мстители обществу”. Первоначально это находит отражение в “творчестве”: в изображении однообразных по тематике, но неизменно изощренных по композиции сцен насилия и убийств, нередко с участием известных садистов и террористов выбранных в качестве героев для подражания. В случаях установления контактов с сатанистами подобные подростки и юноши приходят в группу с уже оформившейся готовностью творить зло. Какого-либо критического отношения к своему образу жизни и к вере в могущество сатаны добиться от них в этот период их жизни невозможно. Они не хотят менять свои убеждения хотя бы потому, что без них окажутся лишенными той опоры в жизни, которую дает им возникшее в сатанистской группе чувство превосходства над другими. В этих условиях прогноз на смену мировоззрения представляется плохим. Вместе с тем, нельзя исключить, что по мере взросления, обретения жизненного опыта и возникновения благоприятной (в духовном смысле) атмосферы в непосредственно окружающей их среде общения, может произойти отказ от сатанистской идеологии. Во всех подобных случаях можно говорить о преимущественно “чувственном механизме” приобщения к сатанизму.

В большей степени патология и одновременно рассудочность проявляется в примере приобщения к сатанистской идеологии Александра Т. и в других подобных случаях. Напомню, что с детства он неоднократно помещался в психиатрические больницы, ему устанавливался диагноз дебильности. Александр, между тем, явно не олигофрен — у него достаточно большой запас знаний и хорошая способность ими пользоваться. Вместе с тем в детстве у него была какая-то психическая патология, которая, по-видимому, воспрепятствовала гармоничному развитию личности (возможно, имевшаяся психическая патология была своеобразным “фильтром”, не пропускающим чувственное восприятие отношений добра и нравственной нормативности). Приобщение его к сатанизму сугубо рационалистическое, так как у него не было чувства ущербности своего “Я”, которое требовало бы гиперкомпенсации. Его сатанизм — это осознанный выбор, закрепившийся в однозначной жизненной позиции и не нуждавшийся в подкреплении чувственным компонентом. Видимо, поэтому он не испытывал желания находиться в сатанистской группе и предпочитал жить по своему усмотрению. Вряд ли можно ожидать на этом этапе жизни Александра какого-либо раскаяния, он определил свою жизнь на долгие годы. Трудно представить, что после выхода из тюрьмы, он захочет и сможет пересмотреть свое отношение к сатанизму, хотя в принципе такой пересмотр все же возможен, если с ним произойдет то, что относится к переживаниям религиозного опыта, естественно, уже не сатанинского содержания.

Нельзя не обратить внимание на те высказывания признанных вменяемыми сатанистов, в которых они приводят описания “видений”, “голоса” сатаны и т. п. С позиций психиатрии, это — обманы восприятия, иллюзии или галлюцинации. Еще в ХIХ веке психиатры обманами чувств или мнимоощущениями, или иначе галлюцинациями в широком смысле слова, называли появление в сознании представлений, соединенных с ощущениями — того, что в действительности в данной момент не может восприниматься органами чувств из реального мира. В сущности всякая галлюцинация происходит из сочетания какого-либо представления, возникшего в сознании с ярким чувственным впечатлением. Это репродукция, мысль, одевшаяся в яркую чувственную оболочку, или, как выразился французский психиатр Lelut, “галлюцинация есть идея, проецируемая наружу”.

Охваченность идей реальности существования сатаны на фоне аффективно напряженного ожидания его появления может вызвать соответствующее мнимоощущение, обман чувств или, иначе, определенное расстройство психики. Это позиция психиатров. Но с другой стороны, вся история религии неизменно содержит указания на общение с теми или иными представителями нематериального мира (Богом, ангелами, сатаной и т. д.). И потому, если допустить, что все эти “голоса” и “видения” только лишь психопатология, то все бывшие и существующие цивилизации, как основанные на религиях, — следствие психических расстройств, а весь наш мир есть сплошной “сумасшедший дом”. И, конечно, психиатры не должны навязывать такое представление. А поскольку оно не соответствует действительности, то может быть принято объяснение, даваемое религией.

Подобные переживания общения с духовным миром называются религиозным опытом. Накопленный и описанный, он слишком велик, чтобы его можно было просто игнорировать.

Даже убежденный материалист, абсолютный атеист, сохраняя свои убеждения, должен поневоле признать существование фактов религиозного опыта. По этому поводу выдающийся психолог и психиатр К. Г. Юнг, выступая в качестве непредвзятого исследователя, писал: “Религиозный опыт абсолютен. Он несомненен. Вы можете сказать, что у вас его никогда не было, но ваш оппонент скажет: “Извините, но он у меня был”. И вся ваша дискуссия тем и закончится. Неважно, что мир думает о религиозном опыте; для того, кто им владеет, — это великое сокровище, источник жизни, смысла и красоты, придающий новый блеск миру и человечеству. У него есть вера и мир. Где тот критерий, по которому вы можете решить, что эта жизнь вне закона, что этот опыт не значим, а вера — просто иллюзия? Есть ли, на самом деле, какая-нибудь лучшая истина о последних основаниях, чем та, что помогает вам жить?”.

“Сатанизм” же у больных, находящихся в состоянии психоза, является с моей точки зрения чисто болезненным образованием, их галлюцинации — психопатологические симптомы. По мере излечения психического расстройства эти галлюцинации и идеи проходят и даже сменятся глубоким раскаянием, как у Аверина. Однако в некоторых случаях яркая образность общения с сатаной в период психоза может наложить ощутимый след на последующую, постпсихотическую жизнь. В таких случаях возможны поиски объяснения “контактов” с сатаной, что может привести к вторичному, уже осознанному сатанизму, поскольку для больного это общение было той реальностью, которую он не может просто так игнорировать.

Представляется, что в случае наличия у людей явных нарушений психики между психиатрическим и религиозным пониманием их “сатанизма” существует трудно преодолимое расхождение, поскольку одни и те же явления (конкретные переживания больных, их галлюцинации и т. д.) рассматриваются с разных уровней познания: у психиатров — “снизу”, в рамках научно определяемой причинности явлений реального мира, у богословов — “сверху”, из сферы духовного мира причинности нематериальной. Для самих же больных эти переживания остаются реальностью.

Понимание душевных расстройств — болезненных изменений качества психики и психических процессов, которые по существу представляют расстройства нашего "биокомпьютера" (головного мозга), следует принципиально отличать от духовной извращенности, которую человек приобретает сам, по своему выбору и от которой он может избавиться по своей воле. Если первое (душевная сфера и ее расстройства) относится к профессиональной компетентности психологов и психиатров, то второе (духовная сфера) лежит вне этой компетенции, это сфера нравственных ориентаций, религии. Соответственно, расстройства психики даже с фабулой сатанизма как болезненные должны врачеваться, что не исключает молитвы в помощь врачу-психиатру и во исцеление больного. Сатанизму же как духовной ориентации может быть противопоставлена только духовность, мудрость и красота христианства. Что не исключает уголовного наказания за деяния, совершенные во имя сатаны.