Наследие проф. Ф.В.Кондратьева

Из главы 4 монографии «Судьбы больных шизофренией: клинико-социальный и судебно-психиатрический аспекты» (М., 2010. – С. 183 – 196).

Шизофрения в психиатрических аспектах проблемы культовых новообразований («сект»)

Психиатрия и религия, их взаимовлияние и взаимопонимание –  сложнейшая  и не теряющая актуальности проблема. Этой проблеме посвящено много специальных работ, в том числе монографических. Главным в этой проблеме является феномен ксенопатии. Голос Бога, голоса нечистой силы, иные вмешательства потусторонних, мистических воздействий, которые испытывают больные шизофрений, делают именно ксенопатию связующим звеном проблемы. Многие религиозные убеждения явились результатом соответствующего содержания ксенопатии. В этой связи, рассматривая судьбы больных шизофренией нельзя не остановиться на некоторых основных положениях, сопряженных с религией.

Для нашего времени не потеряло своего значения утверждение  классика психиатрии С.С. Корсакова (1901) о том, что «религиозное чувство в большей или меньшей степени присуще каждому нормальному человеку, хотя проявляется в разнообразных формах, и иной раз в самых резких проявлениях, так называемого, "атеизма" можно при помощи тонкого анализа, отметить проявления борьбы со скрытым и искусственно подавляемым религиозным чувством".  Как нормативное, религиозное чувство совместимо с внутренним миром больного шизофренией.

Каково значение для человека этого религиозного чувства достаточно полно определил  выдающийся мыслитель ХХ века C.G. Jung (1991). Оставаясь в рамках непредвзятого исследователя, он писал: "Религиозный опыт абсолютен. Он несомненен. Вы можете сказать, что у вас его никогда не было, но ваш оппонент скажет: "Извините, но он у меня был". И вся ваша дискуссия тем и закончится. Неважно, что мир думает о религиозном опыте; для того, кто им владеет, –  это великое сокровище, источник жизни, смысла и красоты, придающий новый блеск миру и человечеству. У него есть вера и мир. Где тот критерий, по которому вы можете решить, что эта жизнь вне закона, что этот опыт не значим, а вера – просто иллюзия? Есть ли, на самом деле, какая-нибудь лучшая истина о последних  основаниях, чем  та, что  помогает  вам  жить?". 

Научно доказать существование или отсутствие Бога нельзя, поскольку такие доказательства не относится к сфере науки, и последняя не может иметь адекватных инструментариев для этих исследований. Отношение к проблеме существования Бога это – вера, это – отражение человеком его стремления понять  себя и мир, смыслы жизни. Религиозная вера идет от «чувства Бога», от чувства человеком своего «со-бытия с Богом» (словосочетание Папы Иоанна Павла II). Атеизм – вера в материальную причинность бессмысленных случайностей; питается эта вера гордыней своих знаний и чувством своего, человека, превосходства в этом мире (хотя в экстремальных ситуациях имя Бога вспоминается и атеистами). 

Понятие «Вера» имеет два аспекта. Первый –  особое состояние психики, заключающееся в полном и безоговорочном принятии человеком каких-либо сведений, текстов, явлений, событий или собственных представлений и умозаключений, которые могут выступать в дальнейшем основой его Я, определять содержание поступков, суждений, норм поведения и отношений. Второй –  признание чего-либо истинным с такой решительностью, которая превышает силу внешних и формально-логических доказательств. Это не значит, что истины веры не подлежат никаким доказательствам, а значит только, что сила веры зависит от особого самостоятельного психического акта, не определяемого всецело эмпирическими и логическими основаниями. Вера не обязательно имеет религиозный смысл, безоговорочная уверенность во всемогуществе науки – тоже вера.

Религиозная вера (дословно “религия” означает восстановление связи) подразумевает духовную связь не только с Богом, но и с сатаной, который противопоставляется Богу, и с другими потусторонними, метафизическими силами. Религия основана на извечном внутреннем чувстве человека, выражающем его связь с неким духовным началом. Как отмечалось, религиозное чувство в большей или меньшей степени присуще каждому нормальному человеку, оно проявляется даже у атеистов в их борьбе со скрытым и искусственно подавляемым религиозным чувством (С.С. Корсаков).

В этом положении главное – констатация имманентности для каждого человека религиозного чувства. Даже в наскальных рисунках доисторического человека находят чувственное обращение к Богу. Это чувство обычно обостряется в психотравмирующих, стрессовых ситуациях.

Однако религиозное чувство постоянного “со-бытия с Богом” – это только чувство, которое для верующего человека является реальной опорой, надеждой, направляющей силой, советчиком в жизни. Одновременно с ним рождается мучительный вопрос: каков же Он, Бог? Но Бог вне какого-либо материального и временного измерения. Он – не познаваем мирскими способами познания. Так утверждает апофатическое богословие, в частности, богословское учение Дионисия (III–VI вв.).

И здесь возникает коллизия между имманентным чувством Бога и невозможностью представить его рассудком. Эта невозможность всегда   чревата компенсаторным формированием субъективных представлений о Боге, и тогда появляются варианты “знаний” о Боге. 9/10 всей древнейшей литературы    посвящено представлениям о сущности Бога, об Его образе и действиях (Никольский Н.М., 1974). От  имени Бога "раскрывались" Его промыслы, которым   давались субъективные     толкования,   составлялись пророчества, заветы, высказывались различные наставления.  Не только углубленные размышления о сущности Бога, но и  особые озарения (инсайты)  и  мистические  сновидения у погруженных в богоискательство,  а  также   состояния  транса и медитации были источниками новых представлений о Боге.  Нельзя не отметить, что  авторами некоторых из них  были  лица с психическими расстройствами  (патологическим инакомыслием, зрительными и слуховыми галлюцинациями и главным из них – феноменом ксенопатии), которые лично "видли" Бога, "слышали" Его указания, Который непосредственно ими руководил; именно эти расстройства предопределяют особый социальный аспект в судьбе больных шизофренией.   Психопатологический анализ исторически  известных  с древности некоторых религиозных персонажей  и   основателей ряда современных неокультовых учений позволяют считать этот источник новых верований достаточно существенным. В целом   религиозное сектантство непосредственно не относится к проблемам психиатрии, однако есть обстоятельства, которые показывают их сопряженность. Их отметил еще С.С. Корсаков (1901): «Принадлежность к некоторым сектам, особенно проникнутым нетерпимостью, изуверством и фанатизмом, а также к таким, в которых религиозный культ соединяется с сильным душевным возбуждением, доходящим до экстаза, способствует развитию душевных заболеваний. Нужно, впрочем, заметить, что некоторые организаторы сект и вербуют своих единомышленников преимущественно из лиц неустойчивых, неуравновешенных, склонных к крайностям и ищущих чего-то нового, мистического» (когда С.С. Корсаков писал эти строки, то понятия шизофрении еще не было, однако в приведенном им перечне лиц, несомненно, были и эндогенные больные). Сказанным С.С. Корсаков по существу отметил  психиатрический контингент среди адептов сект.

Каждый из основателей новых культов заявляет, что только ему принадлежит знание божественных истин, которые непосредственно в него вложил сам Бог (или Богородица), и поэтому все адепты должны руководствоваться этими полученными истинами. На их основании  адептам предписываются новые нормативы социального поведения. Следует отметить, что еще  библейский царь  Давид  в своем   Первом Псалме  предупреждал о вреде сектантства: "Блажен муж, не ходящий на совет нечестивых и не сидящий на собраниях развратителей".

Религиозное сектантство в России за последние 15 лет стало заметным социальным явлением. Количество новых сект неуклонно увеличивается, а число их адептов уже приближается к миллиону. Этот факт согласуется с приведенными в 1.4. Раздела II положениями П.А. Сорокина о поляризации общества в периоды социальных стрессов, одной из тенденций является духовный поиск смысла жизни, стремление познать Бога. Соответственно спросу начали предлагаться различные версии того, в кого и как надо верить.

Беспрецедентному росту в России культовых новообразований способствовали два дополнительных макросоциальных фактора. Во-первых, разрушение с падением тототалитарной системы доминирующей материалистической идеологии, сочетающееся с заполнением образовавшегося духовного вакуума разнообразной наукообразной и мистической информацией, привело к своеобразному макросоциальному феномену  – к восприимчивости общественным менталитетом как псевдонаучных, так и квазирелигиозных мировоззренческих позиций, "синтез" которых позволил  нам  определить это социальное явление как "менталитет научной мистики" [115], нелепо сочетающий в себе несочетающееся. Во-вторых, 70-тилетнее агрессивное притеснение традиционных религий привело к факту отсутствия у населения религиозной грамотности и обилие в его менталитете всякого рода фольклорных и даже оккультных представлений, что с сожалением был вынужден признать Патриарх РПЦ Алексий II.   Появление квазирелигиозных толкований  Святого Писания, фанатичная уверенность в правильности своих убеждений этих религиозно неграмотных людей  – причина  ухода в катакомбы в ожидании конца Света,   коллективных самоубийств  и иных нарушений социального поведения [139, 171, 203 и др.].

Христианское Богословие не видит принципиальных различий между современными сектами и ересями, которые предшествовали Писанию и Преданию Церкви и существовали еще до Рождества Христова. В новых религиозных культах   предлагаются, за редким исключением, лишь очередные компиляции из старых ересей, которые зачастую «украшаются» включениями из области псевдонаучных фантазий, облаченных в квазирелигиозные наряды. Вместе с тем, если основой прежних ересей был духовный поиск, то   современные секты основой имеют меркантильные соображения:  для познания  новой "истины" надо платить или бесплатно работать на руководство секты.   Деятельность таких сект преследует цели, не имеющих ничего общего с духовностью: деньги, личные амбиции, власть и даже претензии на мировое господство.  Главным же отличием современных сект от традиционных религий  является  отсутствие в их учениях какого-либо собственного  позитивного нравственного  начала.

Отмеченные особенности  наиболее  наглядно  представлены  в деятельности  созданного  Лафайетом  Рон  Хаббардом тоталитарного неокульта "Церковь сайентологии", настаивающего на своей религиозной сущности.  Эта  международная  организация,  пользуясь  статусом религиозной, имела немалые выгоды, однако неприкрытая меркантильность была разоблачена, и в ряде стран этот статус с нее был снят (сам Хаббард давал наставление сотрудникам своей организации: главное – «делать деньги»). Так, в ФРГ она на государственном уровне характеризуется как  "криминальная коммерческая организация с элементами психотеррора".

Учение Л. Р. Хаббарда особенно активно распространяется в России, до сих пор продолжает открыто рекламироваться, ориентировано на  молодежь   и находит много сторонников и защитников в коммерческих медицинских кругах. Кроме того, можно утверждать, что "Церковь  сайентологии"  является как бы эталонной моделью всех культовых новообразований тоталитарного толка. Среди другого, что характеризует все секты, это негативное отношение к психиатрии, сдерживание своих адептов (иногда прибегая к насилию) от общения с врачами-психиатрами. Секты дискредитируют психиатрию при каждом возможном случае. Одновременно они  бесцеремонно эксплуатируют психически больных. Пользуясь их беззащитностью, наносят им существенный, иногда непоправимый социальный ущерб, особенно при перепродаже их квартир [170, 203 и др.]. 

В проблеме шизофрении в аспектах культовых новообразований следует различать две полярно разные ролевые позиции больных: в первой они создатели нового культа и их лидеры, во второй они адепты, ищущие «спасения» в этом культе. К той или другой ролевой позиции больных ведут «психопатологические механизмы», но социальные последствия, судьбы больных принципиально иные. В первой позиции они «боги», собиратели различных почестей и материальных благ. Во второй – зависимые от культа жертвоприносители.

Психиатрам хорошо известны психозы с религиозным бредом. Им были посвящены целые разделы руководств по психиатрии в XIX веке. Также описывалась способность больных индуцировать окружающих своей бредовой идеей о том, что они – новые боги, и окружающие начинали в это верить, создавались "религиозные" общины, которые буквально боготворили своего основателя. Такие случаи встречаются и в наше время. И  в прошлом, и в настоящее время они приводили к новым религиозным движениям.

Основателем одной из крупных современных российских сект является бывший пациент психиатрической больницы, где он дважды проходил стационарное лечение с диагнозом параноидной шизофрении, инвалид II группы. В  Смоленске от иконы Богоматери "Одигитрия" в него «вошли» Откровения Божьей Матери. С этого времени Откровения Богоматери периодически повторялись, на этой основе им было  издано   свыше  20  книг.  Последователи верят, что он – "святой старец",  через которого Богородица открывает свое учение и указывет, как нужно жить, а богослужения,  которые он совершает, происходят "с присутствием Божьей Матери".

Согласно публикациям этого нового религиозного культа «мировое зло сконцентрировано в женщине» и соответственно водится мистическое понятие "бляди"   –  собирательный образ женственного начала в мире. Обосновывается это тем, что сатана "прогрыз в тонком  теле Евы  дыру между ног,  осрамил ее и внедрился в ее плоть,  создав там свой престол", что сатана сделал "гениталии центром личности Евы"... "Вот почему нечестивая мать... распространяет вокруг себя содомскую вакханалию,  являясь бессознательно  или  осознанно поверенным лицом князя тьмы, его священницей. Она превращает мужа в сына и сына в мужа, постоянно погружая их в свою бездонную, разженную  геенской  похотью ненасытную утробу,  сиречь в утробу дьяволицы,  священнодействуя на генитальном престоле, воздвигнутом сатаной. Она осваивает по подсказке даймоны – родового демона новые астральные виды темного блуда,  премерзкого в очах Господних, экстрасенсорик и восточную оккультную эзотерику. Время прозреть на нечестивую, обличив скрываемые за внешней лживой человеческой благопристойностью мерзости сатаны. Время положить им конец"... «Женоцентризм – болезнь болезней, исчадие зла, предвестие  распада"...  "Над Россией нависает проклятая родовая безысходность"...  В одной из фундаментальных книг создателя нового культа  утверждается необходимость полного самоотречения,  смирения,  беспрекословного послушания "святым отцам".  "Не имей суждений, и весь мир станет  твоим"...  Попавший в секту "новичок" должен многократно твердить:  "У меня нет своего ума, совести, тела, воли". "И надо решиться убить себя – это именно та жертва,  к которой призывает Господь"...  "не имей ничего своего, ничего не делай для себя" – наставляет  верующих  Божья Матерь в своем откровении основателю  культа.  В книгах и газетах этого культа превозносятся нищета духа, отказ от всей культуры, высших человеческих идеалов, а также отказ от родителей,  брака, семьи, своих детей, от учебы и работы, от воспитания детей.  Там говорится, что "...Земная мать – прообраз дьяволицы.  Земной отец – прообраз сатаны"... "И каждый отец – сыноубийца,  и каждая мать, распявшая господа, – жена дьявола". "Во грехе родила меня и матерь моя... и сеется ею только смерть и тления... Отрекись, брат!..." "Пречистая дева Мария даст тебе истинную жизнь". "Три ее божка –   чрево,  блуд и сын. Три мерзкие богини – грудь, гениталии и задница...  Целые поколения жучков аферистов, авантюристов, болтунов и комнатных мафиози было взвращено подобными матерями. И над всем этим – огромный идол "мамы", задавившей своим задом две трети человечества...".  Писания основателя секты полны таких утверждений: "Черты настоящего падшего порядка:  привязанность к миру, брак, семья, страсти... Новое Лоно:  хождение перед пречистой,  покаяние, странничество, нищета..."; "...Ныне телесное соитие (даже узаконенное) – грех не меньший,  чем растление малолетних и вожделение к отцу и матери,  за что следует  соответствующий  спрос..."; "Развитие  интеллекта и рассудка пошло в пагубу роду адамову..."; "...Попечением о детях своих умножаете грехи их: тысячи бесов проникают в их психику и, как зловредные хирурги, производят поражении и раны..." В наставлениях высказываются суждения о вреде ночного сна: Сон – это "родовой гипноз", в который ввергают человека демоны, "Сон преисподняя греха. Сон – погружение в ад". "Убью себя,  но не усну", – советует мысленно говорить вовлеченным в секту. Даются и наставления о посте: "Первый пост в том, чтобы не услаждаться пищей. Второй пост – не услаждаться ничем земным – ни ближними,  ни  занятиями никакими,  ни трудами,  ни помыслами,  ни газетами, ни книгами".

Дальнейшее перечисление  психопатологических, приправленных непристойностью, нелепостей этого неокульта вряд ли необходимо.

Автор книги с целью изучения деятельности этой секты, основанной больным шизофренией, специально, с видеокамерой приезжал на «богослужение», которое проводилось в прекрасном спортивном комплексе, вместившим несколько тысяч человек. Сам основатель культа и многочисленные его помощники в рангах «генерал-епископа», архимандритов и игуменов и другой «духовной» челяди в расшитых золотом «религиозных» нарядах устроили красочное, дорогостоящее представление-воспевание своего наставника. Одновременно по рядам собравшихся довольно часто проходили сборщики подаяний на «новую церковь».

Все это свидетельствовало об успешной (в понимании земных благ) судьбе этого больного шизофрений. Вместе с тем, в материалах уголовного дела, которое возбуждалось в отношении этой секты, содержалось значительное количество   документов, в которых были описаны особенности психического состояния и поведения молодых людей, спустя 1-2 месяца после вступления в секту. Изменения поведения и психического состояния этих лиц носили однотипный характер и  выражались  отчуждением  от родителей и других родственников,  в том числе собственных детей;  уходом из родительского дома;  отказом от  учебы  и  работы  с полным погружением в деятельность секты; прекращением чтения газет, журналов, книг, пользования телевидением и радио; отгороженностью от окружающих; резким ограничением приема пищи;  значительным ограничением сна до 3-4 часов в сутки в неудобном положении, что приводило к физическому и психическому истощению,  повышенной возбудимости,  утрате  ранее  присущих других  интересов. 

Выше мы отметили, что основой современных сект является меркантилизация. Как и во всяком бизнесе, дело начинается с рекламы. Все современные секты рекламируют свою благородную миссию. Например: "Международный фонд помощи и дружбы", "Христиане мира за единство и социальные  действия",  "Международный  фонд образования", "Фонд Новой Святой Руси", "Духовное обогащение" и т.п. (кстати, эти названия культовые  новообразования  нередко, когда обнаруживается их негативная практика,  меняют, оставляя, однако, прежнее притягательное содержание реклам  своей деятельности). Уставы новых "конфессий" также выглядят благопристойно. Например, "Богородичный Центр" основными своими задачами определил "возрождение лучших традиций благочестия, основанных на Священном писании  и свидетельствах о явлениях Божьей Матери в ХХ веке, благотворительная и просветительская,  в  том  числе  издательская,  деятельность". Внешняя привлекательность неокультов обеспечивает им приток новых членов, которые идут к ним, еще не выяснив их истинную сущность, идут за обещанным избавлением от стрессов повседневной жизни, в надежде получить поддержку, найти столь необходимую перспективу, обрести смысл жизни, избавиться от духовного одиночества, познать истинного Бога, укрепить свое психическое здоровье, приобщиться, как писал С. С. Корсаков, к «чему-то новому, мистическому». 

Наряду с вариантами психологических мотиваций, что не исключается для больных шизофренией, необходимо отметить прямую психопатологическую мотивацию вступления в неокультовую общину. При шизотипическом расстройстве у пациентов с характерным магическим, пралогическим своеобразием типа мышления отмечается повышенный интерес к новым мистическим учениям, что отражает их внутреннюю потребность в консолидации своей духовной сферы. Чаще всего интерес к рекламам указанного содержания наблюдается в дебюте шизофрении при развивающемся чувстве потери смылообразующих позиций своего  Я  с гипертрофированной интроспекцией и рефлексией. Здесь можно  отметить  и  мотивацию  преодоления  нарастающего чувства отгороженности от  реального  мира,  и  стремление  восстановить способность контролировать свои мысли и чувства, и поиск контакта с людьми, способными понять созданные в результате  метафизической интоксикации их "философские" построения, и попытки обрести магический путь к духовному совершенству.

В результате  жестких  психологических  воздействий, особенно практикуемых в так называемых тоталитарных сектах, у адептов может развиться как в период пребывания в секте, так и вскоре по выходу из нее (у «экс-культистов»), ряд психических расстройств с психопатологией, наблюдаемой при шизофрении.

Некоторые экс-культисты  сами  отмечают появление галлюцинаций, чувства расщепления личности и потребности разобраться  в  своем  психическом  состоянии,  "интеллектуальном беспорядке", страхов и опасений за свою жизнь (Levinе S., 1984). В последнее время появляется много специальных исследований, результаты которых указывают на опасность   деятельности сект для   психического  здоровья адептов (Бондарев Н. В., 2004; Kilduff  M., Javers  R., 1978; Keiser  T. W., 1988;  Galanter  M., 1990;   Frank  MacHoves  Ph. D., 1992;     Cialdini  R. B., 1993;  Kaplan  D., Marshall  A., 1996; Wright  S. A., 1996;   Lifton  R. J., 1999; Hassan  S., 2000). Описанные этими авторами психические расстройства являются как бы первичными, возникшими в результате психологических манипуляций, которыми они подвергались в культе. Однако среди вовлекаемых в деятельность сект немало лиц с уже имеющимися психическими нарушениями, этому способствует неизменная для всех новоявленных культов реклама, гарантирующая "снятие всех душевных проблем".

Поскольку догмы всех тоталитарных сект представляют собой "псевдологические истины", имеющие  глобальный и непреодолимый  характер, то у принявших их адептов они явно искажают  адекватность смысловой ориентировки личности в своем бытии и в ситуации действия и, соответственно, могут  интегрироваться с психопатологическими расстройствами эндогенного происхождения, создавая существенный риск грубого нарушения социального поведения вплоть до совершения ООД. 

Как упоминалось, на современном рынке предлагаемых культовых услуг ассортимент "товара" чрезвычайно широк. Сектоведы не успевают фиксировать новые культовые образования. Общая компилятивность учений всех этих сект не исключает некоторые отличия, имеющие иногда важное значение для понимания их конкретного воздействия на личность адептов. Примером может служить деятельности секты "Светоносцев  Мира" (одна из разновидностей модного религиозного движения "New Age"). Основой "религиозного" учения этой секты является    постоянное  нагнетание учителями секты страха у адептов перед  вездесущими силами зла, от которых можно спастись, только исполняя "Веления" "бога":    "мы  очень  хорошо   знаем, что  индивидуумы, приходящие  на  наши  собрания... могут  попасть  под  влияние  определенных  негативных  сил  и  сущностей...", "плохая  осанка  открывает  сознание  негативным  силам, поскольку  вне  контроля  находится  солнечное  сплетение", не многие  сохраняют  осанку  правильной, особенно  школьники, и  поэтому  у нас есть  повод  думать  о  проникших  в  них  силах  зла, тем  более что "семя  Сатаны  расползается  повсюду  по  Земле". Отсюда "Веления"  не  только  являются  указами  божественной  воли, но  и  вызовом, брошенным  всей  тьме". Дается  и  своеобразный  выход: "настал  час,  когда  доблестное  пламя  трансмутации  должно  быть  воспринято  как  панацея от  любого  страха  и  сомнения", "помните  всегда... все, что  может  быть  отдано  и   свергнуто, суть  силовые  поля  человеческой  мысли  и  чувства, усиливающие  оплоты  Сатаны  и  питающие  семена  Люцифера  в  индивидуальном  уме  и  сердце", "фиолетовое  трансмутирующее  пламя  является  полной  силой  бога  в  действии  для  уничтожения  причин  и  сути  всех  человеческих  ошибок". Напряжение  создается  и  призывами  к  Армагеддону: "церковь  не  является  церковью, если  не  вступает  в  битву  Армагеддона...,  когда  вы  ведете  святую  войну  против  демонов  и  развоплощенных". У  адептов  появляется  страх, что  их  могут  опередить: "Торопитесь! Может  случиться  так, что  силы  тьмы  возьмут  дело  в  свои  руки". Сектантам внушают трепетное отношение к "Велениям": "Это  Веление  произносит  во  мне  Бог. Это  энергия  Бога  изливается, послушная  Его  приказу". Не единична  в  учении  секты  и  мысль  о  жертвоприношении: "Ныне  я  объявляю  вам...  без пролития  (изгнания) жизни,  или  же  жизненной  силы, искажённой  человечеством  в  силу  собственной  глупости, грехи  человека  не  могут  быть  прощены..., поэтому  только  жертвоприношение  искаженных  энергий  электронного  пояса  в  ритуале  трансмутации  может  вызволить  Христоцвет  в  человеке... .  Многие  из  вас ухаживали  за  своими  близкими  в  час  того  распятия, когда  они  уходили  из  жизни  в  процессе  трансмутации" (Prophet  M. L., Prophet  E. C., 1999, 2000).  Психиатры  должны оставлять за скобками свое мнение  о "богословской" сущности подобных учений, однако учет их сильного индуцирующего влияния на конкретное поведение адептов в случаях психических расстройств необходим.

Примером трагической судьбы больной шизофренией, оказавшейся в путах такого культового новообразования и убившей свою 6-тилетнюю дочь, служит вторая иллюстрация, представленная в Приложении.

Приведенное в Приложении наблюдение является иллюстрацией многих случаев, когда реальная мистическая фабула культовых учений вплетается в актуальную психопатологию больных шизофренией и «канализирует» их конкретное социальное поведение. Создается крайне негативный мотивационный интеграл, который не только ломает судьбы больных, но и   формирует агрессивные тенденции в виде ритуальных убийств.

Как упоминалось, мотивацией обращения в секту бывает надежда больных освободиться от субъективно неприятных психопатологических проявлений, и они откликаются на сектантские рекламы, обещающие дать им психическое здоровье. При этом в одних случаях новая религиозность может служить патопластическим материалом для бредообразования религиозного содержания. Однако в других она может и не входить в структуру бреда, но проявляться в неадекватном социальном поведении. Оно отражает содержание сектантской догмы даже у тех больных, которые находятся в психотическом состоянии, формируя своеобразные “клинико-религиозные” сочетания.

Сущность учений ряда культовых новообразований может представляться весьма одиозной и даже нелепой. Вместе с тем принятие  этой сущности и высказывания,  ее отражающие,  могут быть как у психически здоровых,  так и у страдающих  шизофренией  или каким-либо другим психическим заболеванием,  что создает дифференциально-диагностические проблемы. Встречающиеся в настоящее время у больных шизофрений квазирелигиозные высказывания при всей их абсурдности далеко не всегда являются индивидуальной психопатологической продукцией, они могут быть прямым отражением неокультовой "религиозности", внушенной в результате пребывания в секте. Кажущаяся нелепость соответствующего поведения также может являться всего лишь результатом следования нормативности культового новообразования.

Несколько проведенных судебно-психиатрических экспертиз по уголовным (обвинения в убийстве) и гражданским делам адептам культовых новообразований показали, что при несомненном диагнозе шизофрении их конкретные противоправные действия отражали сущность учений этих неокультов, сочетая усвоенные сектантско-социальные ориентации и лексику в объяснениях своих поступков.

Монография. Приложение  № 2. Пример трагической судьбы больной, убившей свою дочь по фабуле неокульта, интегрированной в психотическое состояние (С. 320 –  330).

Поскольку догмы всех тоталитарных сект представляют собой "псевдологические истины", имеющие  глобальный и непреодолимый  характер, то у принявших их адептов они явно искажают  адекватность смысловой ориентировки личности в своем бытии и в ситуации действия и, соответственно, могут  интегрироваться с психопатологическими расстройствами эндогенного происхождения, создавая существенный риск грубого нарушения социального поведения вплоть до совершения ООД. 

Представленное  ниже  клиническое наблюдение показывает  тесное  переплетение  психопатологии шизофрении с  фабулой  псевдорелигиозного  учения одной из таких сект. Речь пойдет о трагической судьбе больной шизофренией, оказавшейся в путах секты "Светоносцев  Мира".

Больная  М., 41  год, обвиняется в убийстве своей 6-тилетней дочери. Росла  и  развивалась,  не  отставая  от  сверстников.    В  школе  пошла   с  7  лет. Всегда была общительной, активной, педантичной, целеустремленной, безвозмездно оказывала помощь другим. Во всем  стремилась  быть  первой, ревностно  относилась  к  школьным  оценкам.   Со  школьных  лет увлекалась  спортом, имеет  второй  разряд. С  отличием  закончила  и среднюю  школу, и техникум  с  красным  дипломом, работала  по  специальности, училась  на  вечернем  отделении политехнического  института. В  1982  г.  вышла  замуж, но через 2 года инициировала развод из-за алкоголизма мужа.

В 1986  г. стала ощущать "усталость  от  жизненных  неурядиц", потеряла тонус, появились чувство какой-то внутренней "измененности и неопределенности", сомнения "в линии своей жизни", стала задумываться над своей судьбой. Чтобы собраться с мыслями и отдохнуть уехала в  деревню. М. в надежде "получить ориентиры в жизни" обращалась к гадалке. На  обратном  пути домой в  поезде  случайно  познакомилась  со  священником, заинтересовалась его рассказами на исторические темы  и об основах  православия. Появилось чувство существования Бога, который может дать ей защиту в жизни.

В  1987  г.   вторично вышла замуж, однако, через  6  месяцев развелась из-за скандалов с мужем, который  жестоко  избил ее. Опасалась,  что  муж  убьет ее, скрывалась от  него, уволилась  с  работы, сняла  квартиру, поменяла  место  жительства.

В  1989  году заключила  третий брак. В  1990  году родилась  дочь. Беременность  протекала  без  патологии, роды  в  срок. В  возрасте  1  месяца  у  ребенка  развилась  желтуха  новорожденных, стали  нарастать  симптомы  энцефалопатии. Много  времени  посвящала  ребенку. Появилось  чувство  непроходимой  усталости, раздражительность, конфликтность. Была  недовольна своим  состоянием, мужем, считала, что  он  стал  циничен, пренебрежителен  по  отношению  к  своей  семье. Появились  частые  головные  боли. В  течение  3  месяцев  ощущала  резкое  снижение  работоспособности, апатичность, большинство  времени проводила в  постели. В  1991  г. у  дочери  выявили  патологию  почек.

С этого времени появились  мысли  о  наведенной  на  семью  порче, о  том, что  люди  из  окружения  мужа  занимаются  энергетическим  вампиризмом. Стала  интересоваться  нетрадиционной  медициной, биоэнергетикой, собиралась  таким  образом  вылечить  дочь. Со  временем  обнаружила  у  себя  способность  с  первого  взгляда  определять, кто  из  целителей  может  ей  помочь, а  кто  принесет  вред. В  этом  же  году  решила, что  муж ей  изменяет, якобы отлучаясь    в  командировки, он  тайно  посещает   любовницу. Сделала  аборт, чтобы  "не  творить  детей  от  этой  твари". Подозревала  секретаршу  мужа. Ходила  к  ней, угрожала  навести  порчу. Выгнала  мужа  из  дома.

В  1992  г. поехала  в  Москву  в  школу  Юрия  Лонго. Окончила  месячный  начальный  курс, получила  диплом  колдуна-бакалавра,  продолжать  обучение  не захотела,  поняв, что  Лонго  черный  колдун. В  этом  же  году стала  заниматься  в  Московской  академии  нетрадиционной  медицины  Федоренко. Полученные  знания  применяла  в  жизни,  лечила  дочь  травами  и  гомеопатией. Кроме  того, обучалась то у  экстрасенса, то у целителя-колдуна, то на курсах  трансцендентной  медитации.

Все  это время  муж  помогал  материально, давал  достаточно  средств на  воспитание  дочери, но М. в  1993  г.  добилась развода. В  конце  1993  г.  муж  пробовал  восстановить  отношения, часто  навещал  дочь. Однажды он пригласил М.  в  фешенебельный  ресторан. В  его поведении  многое  казалось  ей  подозрительным, когда он  отлучился  из  зала, один  из  посетителей  ресторана  пригласил  ее  на  танец. В  его  речи  услышала  фразу: "Далеко  не  уйдете!". Поняла, что  нужно  спасаться, потащила  вернувшегося  мужа  к  машине. Заметила  идущих  за  ними  людей, одному  из  них  брызнула  из  газового  баллончика  в  лицо. Неожиданно  выскочили  какие-то  люди, жестоко  избили  мужа, причинив ему увечье. После  случившегося жизненная ситуация казалась ей безвыходной.

В 1995г. в поисках "духовной опоры" согласилась с приглашением познакомиться с новым культом "Светоносцы  Мира". Увлеклась  учением  этой  секты. Изучала  религиозную  литературу  под  руководством опытной наставницы. С   конца  1996 г. начала интенсивно использовать  Интернет, чтобы войти в контакт с находящимся  в  США центром секты и установить личные связи с "приближенными". Нашла  себе  постоянного    партнера  по  переписке, возникло чувство мысленной  связи с ним. На этом фоне в  1997 г. развилось  состояние  непрерывного  беспокойства, испытывала  чувство  неудовлетворенности  собой, окружающими. Стала  подозрительной, считала, что  все  друг  друга  обманывают. По указанию наставницы начала особо усердно вникать в смыслы "Велений" и заниматься  медитацией. Тогда впервые  услышала  звучащий  в  голове  добрый, нежный  и  теплый  голос  бога  Эль-Мориа. Ощутила  состояние  восторга  и  счастья  от  осознания  того, что  она приходится  божьей  дочерью. Голос  говорил  о  справедливости, о  нравственности, о  деньгах, о политике,  о  взаимоотношениях  человека  с  богом, о наступлении  эры  Водолея  и   необходимости  борьбы  с  силами  зла, сатаной. Стала  действовать  по  велению  мыслей, вкладываемых  ей в голову  богом. Была  счастлива от осознания  того, что  вместе  с  богом  борется  за  процветание  человечества. Расклеила  на  дверях  квартир  своего  дома  объявления  угрожающего  характера, подписываясь  как "мать Эль-Мориа". Разбила  соседке  дверной глазок "со  встроенной  видеокамерой". Тогда  же  в  своей  квартире  начала  "строить  рай"  из  уличных  камней, представляя  себя  властелином  земли, женой  Эль-Мориа –  вознесенного  владыки, бога, который  способен  материализоваться  в  теле  любого  земного  мужчины. В таком состоянии  бригадой  скорой  помощи  была  впервые  госпитализирована в  психиатрическую  больницу. В стационаре  находилась 2 месяца. В результате активной  терапии  нейролептиками  продуктивная  симптоматика  редуцировалась. Выписана с  диагнозом:  "Органический  аффективный  психоз" в августе 1997 г.

После  выписки продолжила посещение секты, читала там  новые  послания "Светоносцев  Мира",  переведенные  на  русский  язык в которых, в частности, говорилось о необходимости    "дать решительный бой сатане". Члены секты приветствовали ее усердие, рекомендовали еще глубже вникать в предписания "Велений". На этом фоне с января  1998  г. вновь  стала  слышать  голос  бога, звучащий  внутри  головы. Голос  поведал, что  "по  всемирному  календарю  Рериха"  22  марта  наступает  новая  эра. Следила  за  приближением  этой  даты. За  три  дня  до  наступающего  события, услышала  голос, который  сообщил: "Если  хочешь, чтобы  людям  было  хорошо - начинай". В  ночь  с  21  на  22  марта  не  спала, "весь  организм  был  поглощен  борьбой  между  добром  и   злом". Затем  "бог  показал", кто  живет  в  ее  дочери. В  виде  цветных  картинок  увидела  сцены  своего  зверского  убийства  от   руки  девочки, как  та   вывернет  ей  руки, отрежет  стопы  и  кисти, отрубит  голову, чтобы  Господь  не  возродил  ее  на  небе. Во  время  беседы  с  "богом" на  кухню вошла дочь,  как  казалось М. "в  образе  дьявола". Поняла, что  дочь  пришла ее убивать, и  что  предотвратить  свою гибель можно  только  тем, что  сама "убьет  дьявола  в  теле  дочери". Голос  бога Эль-Мориа  отдавал  приказы: "Убей, убей, убей". Тогда,  ударив  дочь  между  глаз  горящей  свечой, связала ей  платком  руки  и  ноги, била, пыталась  задушить. Когда  дочь  перестала  двигаться,  зажгла  свечу, провозгласив  себя  богиней  любви  Валентиной. Вдруг  опять  увидела "дьявола  в  виде  воскресшей  Насти". "Тогда  началась  последняя  кровавая  битва". Била  дочь  по  голове  и  телу  деревянной  вешалкой, молотком. Затем  перетащила  труп  в  комнату, переломала  руки  в кистях, сняла одежду, стригла  волосы  на  голове   и  положила  тело   на  полу   в  виде  креста, лицом  вниз. В  какой-то  момент  почувствовала, что  давно  не  слышала "ласкового,  как  колокольчик  голоса  дочери". Пыталась  оживить  дочь  молитвами, совершала  религиозные  ритуалы.

Когда 24 марта ее в таком состоянии застали соседи, она сразу была  госпитализирована   в психиатрическую больницу. Там в  течение  первых  2  недель  находилась в остром психотическом состоянии: то делала какие-то нелепые движения телом и руками, то рвала  и  разбрасывала  вещи, то сидела  на  кровати  в  вычурных  позах для "энергетической подзарядки". Была напряжена, подозрительна. Все  это  время  находилась  в  состоянии  неустойчивого  аффекта, с  преобладанием  повышенного  фона  настроения, перемежающегося  с  периодами  его  снижения, плаксивостью. Затем  стала  преобладать  апатия  с  амбивалентностью  и  неадекватными  эмоциональными  реакциями  в  оценке  содеянного: то  сожалела, плакала, говорила, что  должна  теперь  наложить  на  себя  руки  или  уйти  в  монастырь, то  с  радостью   заявляла, что  душа  дочери  спасена, а  сатана  убит. Просила  отпустить  ее  домой  заплатить  за  квартиру, то   с  явным  удовольствием рассказывала  о контактере  из  интернета. Себя называла только  Валентиной - женой  бога  Эль-Мориа. Гордо  заявляла, что  совершила  подвиг, убив  сатану  в  теле  дочери, будучи  уверенной, что  через  несколько  дней  произойдет  ее  воскрешение. Через  неделю лечения  нейролептиками, отметила  исчезновение ощущения, что  ее  телом  кто-то  управляет. Через 2  недели  пребывания  в  стационаре,  после  увеличения  дозы  галоперидола  постепенно  снизилась актуальность  бредовых  идей. Стала  сомневаться  в  возможности  воскрешения  дочери, отметила  исчезновение  голоса  "бога", который  слышала  ранее  внутри  головы. В  течение  следующей  недели начало формироваться  критическое отношение  к  своему  состоянию  и  совершенному убийству дочери. Часто  вспоминала  о  дочери, много  плакала, обвиняла  себя  в  содеянном, просила  отпустить  на  могилу  дочери.

В таком состоянии М. была освидетельствована СПЭК, которая пришла к заключению, что она страдает шизофренией и невменяема. Родственники  со  стороны  мужа, подозревая М. в симуляции, были не согласны с этим заключением и потребовали его пересмотра. Ей была проведена повторная ССПЭ, которая подтвердила    первое заключение.

С ноября 1999 г. М. находилась на  принудительном  лечении. Психическое  состояние. Знает, что находится в психиатрической больнице на лечении. Охотно  делится  переживаниями. При  воспоминании  о содеянном наворачиваются  слезы, понимает  болезненный  характер  своего  состояния   в  тот  период. Эмоционально высказывает    опасения  повторных  обострений. Надеется, что  аккуратный  прием  лекарств позволит избежать их. Продуктивной  психотической  симптоматики  нет. Расстройств  мышления  и  эмоционально-волевых  нарушений  не  отмечается. М. общается  с  сохранными  больными, много  читает, находится  в  курсе  всех  литературных  новинок. На  свиданиях  с  матерью  доброжелательна, интересуется  здоровьем  родных.  Подтягивает  по  математике  приходящего  на  свидания  племянника. Однако категорически отказывается от активных попыток ее навестить наставницами из секты. Считает, что они "запутали" ей голову. По мере пребывания на лечении все более свободно рассказывает  о вовлечении  в  секту и своих переживаниях, приведших к трагическому событию.

Согласно описанию М., "в  группе  "Светоносцы  Мира", создана очень  интересная  концепция  формирования  души  человека. У  меня  самой  были  какие-то  поверхностные  знания  обо  всем  понемногу: об  астрологии, о  целительстве  и  т. п. Но  когда  я  стала  читать  литературу "Светоносцев  Мира", я  подумала: "О  да, ведь  это  как  раз  то, что  мне  нужно –  здесь  есть  ответы  на  все  вопросы". Там  связь  даже  не  просто  с  астрологией, а  с  космической  астрологией, причем  эта  информация  от  Профет, которая  живет  в  Америке. Там  существует  очень  мощная  группа  с  1984  или  1986 г. Каждому  предписывают  читать  "Веления" по  три  часа  в  день  минимум. Допустим, я  читаю  эти  "Веления" 23  марта для  того, чтобы  скорректировать  свою  карму, то есть  избавиться  от  негативов,  накопленных  в  прошлом  воплощении. Понимаете,  как  это  интересно? Вы  можете  на  что-то  повлиять, что-то  изменить.  Ты  не  просто  приходишь в Православную  Церковь, молишься, причащаешься  и  ждешь  чего-то, а берешь  руль  в  свои  руки  и  становишься, как  бы  хозяином  своей  судьбы. Единственное  условие - читать   "Веления". Разве  это  не  здорово? Это  же  элементарно  просто  и  заманчиво. Когда,  находясь  уже  в  психиатрической  больнице, я переоценивала  свое  состояние, я  задавалась  одним  вопросом: как  же  я  не  уловила  нюанса  агрессии  в  этих   "Велениях". Ты  как  бы  обращаешься  к  светлой  иерархии (Архангелу  Михаилу) и  не  просто  просишь, а  требуешь  помощи. Ты  не  маленький  человек, а  ты  сам  чуть  ли  не  владыка  и  в  твоих  руках  не  просто  судьба, а  чуть  ли  не  судьба  всего  человечества; ты  не  простой  смертный, а  что-то  можешь  изменить, и  даже  не  изменить, а  всю  эту  нечисть   разогнать. Ты  требуешь  у  этих  светлых  сил, чтобы   они  связали  этого  стража  порока, который  является   символом  зла. Чтобы  его  убрали  и  освободили  землю. Когда  читаешь  "Веления", у  тебя  развивается  эгоистический  стержень. Все  "Веления" заканчиваются  словами: "Я  и  Эль-Мориа –  одно". Постепенно  и  мне  стало  казаться, что  я  и  Эль-Мориа   –  одно, что  я –   его  пламенный  близнец, его  невеста  и,  как  говориться,  пошло-поехало. Тем  более  в  моем  окружении, появился  астролог, который  подбирал  мне  специальную  литературу. Я  иногда  пишу  стихи  и  мой  астролог (женщина) говорила  мне: ну  надо  же, у  тебя  стихи  как  у  Эль-Мориа; посмотри,  у  тебя  же  с  ним  один  стиль, ты  подумай, ведь  пламенный  близнец  у  Эль-Мориа  находится  на  земле. Я  тебя  познакомлю  с  одной  "яснослышащей". Привела  ко  мне  в  дом  какую-то  женщину, которая  стала  набиваться  ко  мне  в  подруги. Звонила  мне,  писала   какие-то  записки  и  говорила, что  она  в  контакте  с  Эль-Мориа  и  это  он  пишет  мне  эти  записки. В  записках  были  какие-то  объяснения  в  любви  и  т. п. И  вот  я  читаю  "Веления", представляю, что  моя  сущность  контактирует  с  Богом. У  меня  связь  c   вознесенным  владыкой Эль-Мориа. Дальше  пошли  подтверждения, что  я  его  пламя-близнец (а,  значит,  и  жена). И  вот  я – жена  самого  Эль-Мориа, появилась  мания  величия, что  я  не  просто  так  на  земле, а  для  того, чтобы  очистить  атмосферу  на  земле  и  люди  стали  бы  чистыми. Я  искала  сатану  и  вышла  в  бой  с  темными  силами, поскольку  я -   пламенный  близнец  самого  Эль-Мориа. Я  должна  была  сразиться  с  самим  сатаной, а  он  находится  на  земле  в  каком-то  облике  и  мешает  людям  жить. Я  должна   найти  сатану   и  убить  его. Два  или  три  дня  я  громила  и  выкидывала  вещи. А  когда  я  достигла  апогея  в  своем  состоянии, помню, что  я  зашла  на  кухню  и  дочка  подбежала  ко  мне, стала  что-то  говорить  и  у  меня  возникла  мимолетная  картинка, что  у  нее  вместо  лица  свиное  рыло  и  для  меня  это  явилось  доказательством  того, что  сатана  в  ней. И   тут  я  поняла,  какую  на  меня  возложили  задачу. По  концепции  Эль-Мориа,  божественная  сущность  не  умирает, я  должна  убить  только  тело, потому  что  в  тело  спрятался  сатана,   он  материализовался  через  мою  дочь. Если  я  убью  тело, то  божественной  сущности  моей  дочери  не  будет  никакого  вреда, а  спасу  ее  от  сатаны, выполню  свою  миссию  и  спасу  людей".

То, что М. страдает шизофренией,   в особых доказательствах не нуждается. Проблема данного наблюдения сложнее:  как в психопатологическую линию развития эндогенного процесса вплелась и стала стержневой фабула квазирелигиозного учения. При всей нелепости этого учения  М. восприняла его (как и другие адепты секты) полностью, без критики, и, что самое главное, оно не нашло фабульного психопатологического видоизменения. Стало быть – это не ее индивидуальное бредовое творчество как позитивный синдром, а индуцированное бредовое образование.   

  В анамнезе М. с 1986 г. прослеживается появление и развитие личностного схизиса, что позволяет отнести начало эндогенного процесса к тому времени. До этого – высокая адаптационная активность и продуктивность: успехи в спорте, дипломы с отличием, хорошая работа, инициативность, стеничность, лидерство в семейной жизни. Без видимых внешних причин в этом году у М. появляется ранее ей незнакомое чувство "усталости от жизни", возникают первые деперсонализационные расстройства в широком спектре.

С.Scharfetter (1985) среди широкого спектра расстройств самосознания выделяет, в частности, расстройства витальности (снижение или исчезновение истинности, реальности своего существования), активности (ощущение ослабления физической активности, с затруднением мышления, ослаблением физических возможностей), целостности (с нарушением восприятия себя как единого целого, появлением ощущения раздвоенности Я), границ самосознания  (характеризуется ослаблением, а иногда и исчезновением  различия между реальностью  и воображением, между существующей личностью  в действительности и личностью воображаемой) и идентичности самосознания. Все эти расстройства, характерные для исподволь начинающегося шизофренического процесса, развиваются во взаимосочетании и определяют конкретное поведение М.

Больная теряет уверенность в жизни, в своем Я, появляются и нарастают чувства "внутренней измененности и неопределенности", своей незащищенности. Тогда же впервые возникают  тенденции к метафизическим переживаниям, к мистическому искательству смысла своего Я в мире. Больная пытается понять себя, она ищет ответы у гадалки и православного священника, обращается к колдунам, экстрасенсам, астрологам. Тревожная неопределенность отражается в изменениях социального функционирования. В 1987 г. выходит замуж, но через 6 месяцев убегает из дома, увольняется с работы, скрывается, опасаясь мужа. В 1989 г. третий раз выходит замуж, но и этот брак воспринимается как неудачный: муж –  циник, он пренебрежителен  по  отношению  к  своей  семье. Появляется  резкое  снижение  работоспособности, апатичность, проводит большую часть  времени в  постели. Тревожная неопределенность в отношении к мужу трансформируется во враждебность к нему с развитием идей ревности с последующими явно бредовыми интерпретациями: с этого времени (1991г.) появились  мысли  о  наведенной  на  семью  порче, о  том, что  люди  из  окружения  мужа  занимаются  энергетическим  вампиризмом.    

Отмеченный в этот период интерес к нетрадиционной  медициной, биоэнергетике скорее всего исходит от бредовых идей порчи и энергетического вампиризма, хотя мотивация подобным образом  вылечить  дочь может и не представляться парадоксальной. Однако обнаруженные М. у  себя  способности  с  первого  взгляда  определять, кто  из  целителей  может  ей  помочь, а  кто  принесет  вред – уже явно вне психологии.

В современном менталитете "научной  мистики"  интерес к оккультизму, астрологии уже не является парадоксальным. Поэтому поступление М. в  школу  Юрия  Лонго, получение  ей диплома  колдуна-бакалавра может быть естественным продолжением линии жизни, но явно непонятно, что "озарило" М. будто Лонго  черный  колдун. Она меняет учителей,  то обучалась у  экстрасенса, то у целителя-колдуна, то на курсах  трансцендентной  медитации  -   все это должно быть объяснено нарастанием расстройств самосознания,  неудовлетворенностью поиска смыслопонимания ощущаемого нового  Я.

Вскоре происходит явно психотический эпизод. Когда в 1993г. муж  пригласил ее в  фешенебельный  ресторан, то его  поведение показалось  ей  подозрительным. Когда от постороннего человека вдруг услышала  фразу: "далеко  не  уйдете!", охватил страх, поняла, что  нужно  спасаться, одному  из  "преследователей"  брызнула  из  газового  баллончика  в  лицо.

В дальнейшем у М. продолжают развиваться  явления деперсонализации, недопонимания своего  Я. Постоянное восприятие  идей оккультизма способствует закреплению у  больной  магического  мышления и создает предпосылки к некритичному  восприятию  различного  рода  религиозно-мистических  воззрений.

В 1995 г. именно в поисках "духовной опоры" она согласилась познакомиться с новым культом "Светоносцы  Мира" (хотя при отмеченных предпосылках она могла оказаться и в другой тоталитарной секте), увлеклась их  учением, читала  религиозную  литературу  под  руководством  опытных наставниц, постепенно  погружаясь  в  псевдомир, где  разворачивалась  борьба  между  добром  и  злом,  Богом  и  сатаной. "Веления" императивно  заставляли  М. включиться  в  эту  "войну".  Она  получала  якобы  реальные  ответы  от  бога  Эль-Мориа, в  виде  записочек,  приносимых  адептами  секты.

Постепенно М. почувствовала  себя  в  центре  этой  борьбы, что одобрялось  другими  адептами. На  этом  фоне в 1977 г. у нее развернулся острый  психотический  приступ, вся фабула  которого индуцирована манихейским учением тоталитарной секты "Светоносцы Мира" –  она репродуцируется в высказываниях, заполняет своим содержанием псевдогаллюцинации, определяет аффективные расстройства и поведение больной.

Ремиссия носила медикаментозный характер, на фоне послабления псевогаллюцинаций М. продолжала посещение секты, изучала там  новые  послания "Светоносцев  Мира".  В  январе начался рецидив психоза: вновь  стала внутри  головы слышать  голос  бога, этот голос сообщил дату начала новой  эры. За  три  дня  до  обозначенной даты услышала  голос, который  сообщил: "Если  хочешь, чтобы  людям  было  хорошо – начинай". В  ту же ночь  развился острый психоз с  манихейской фабулой (ключевым событием которой является наступление Армагеддона) учения секты и с соответствующими яркими зрительными и императивными ("убей, убей, убей") галлюцинациями, которые и привели к убийству дочери. Психопатологическая  картина  последнего  приступа  еще более отражает  учение  секты  о  необходимости войны с  сатаной  и  победы  над  ним.

После стационирования в  течение первых  2  недель  отмечался выраженный феноменологический полиморфизм смеси  явно психотических расстройств с фабулой сектантского учения (называла  себя  Валентиной – женой  бога  Эль-Мориа, гордо  заявляла, что  совершила  подвиг, убив  сатану  в  теле  дочери, была уверена, что  через  несколько  дней  произойдет  ее  воскрешение -  с  радостью   заявляла, что  душа  дочери  спасена, а  сатана  убит).

Лечение  нейролептиками постепенно купировало психотические расстройства и в дальнейшем, когда стало проявляться критическое отношение к голосу  "бога" и к содеянному (с эмоционально адекватным отношением к случившемуся и с опасениями  повторных  обострений), М. категорически отказалась поддерживать какие-либо связи с адептами секты. Отрыв от индукторов квазирелигиозного учения постепенно привел к достаточно критическому переосмысливанию этого учения с вполне откровенным и полным рассказом о том, как она оказалась в секте и преобразилась от общения с богом Эль-Мориа.

В данном  клиническом  примере феноменологический полиморфизм  обусловливается  сочетанием психопатологических  симптомокомплексов,  характерных  для  текущего шизофренического процесса,  с  фабулой ритуальной  борьбы  против  сатаны, как  основной  идеи  мистического  учения  религиозной  тоталитарной  секты, под воздействием которой оказалась М.

Литература

115. Кондратьев Ф.В. Социокультуральный фон в России конца ХХ века и его феноменологическое отражение в психопатологии // Социальная и клиническая психиатрия. Том 4, вып.2.  М., 1994. – С. 135 – 139
139. Кондратьев Ф.В.  Подсознательные формы коллективного реагирования и поведения в новых «конфессиональных» группах на современном социокультуральном фоне // Журнал практического психолога. 1997. № 4. С. 94 – 102.
170. Кондратьев Ф.В.   Влияние деятельности "сект"  на  здоровье  и дееспособность     адептов    с     психическими расстройствами //"Практика  судебно-психиатрической экспертизы". Сборник № 38. Под редакцией Т.Б. Дмитриевой. М., 2000. – С. 179 -193 (в соавт. с:  Харитонова Н.К.,  Королева  Е.В., Шамирова М.В.).
171.   Кондратьев Ф.В.  Проблема    религиозных   культовых    новообразований    ("сект")    в психолого-психиатрическом аспекте // Аналитический обзор. М., 2000.  – 100 с.
203. Кондратьев Ф.В.  Виды социально значимого поведения, связанные с религиозностью человека (судебно-психиатрические аспекты). Пособие для врачей. М., 2006. – 52 с.
Бондарев Н.В.  Взаимодействие служб психического здоровья с
лечебно-профилактическими учреждениями в оказании помощи пострадавшим от
деятельности религиозных деструктивных культов // Материалы конференции. –           
СПБ.:  СПбГМУ, 2004. – С. 9-11.
Galanter M. Cults and Zealous self-help movements: A psychiatric  perspective. Am. J. 
Psychiatry.  № 147. -  1990. -Р.  543 – 551.