castle

SEKTAINFO.RU

Главная
Об авторах
Секты и культы
Секты в Туле
Новости
Документы
Библиотека
Ссылки
Секты в Туле

Сектанты в с.Монаенках Белевского уезда

Сведения о монаенских сектантах, здесь сообщаемые, добыты нами с великим трудом. Сектанты эти отличаются скрытностью, недове­ рием к другим и таинственностью. По наружности они походят на пра­ вославных. Все таинства церкви и требы исполняют аккуратно; даже в необязательных требах, напр., в службе сорокоустов не отстают от православных, стараются, как и эти последние, чтобы панихид по умершему было отслужено сто. Но внешнее безукоризненное как буд­ то бы поведение их служит одною маскою; внешняя принадлежность их к церкви только лицемерная. При вступлении в секту, они дают клятву никому ничего не говорить о своей вере. Только изредка, как бы невзначай, проговариваются, что вера их трудная, что кто снесет ее, тому хорошо будет на том свете, что их вера состоит в отречении от всего мирского и поднятия на себя лишнего труда для спасения своей души; под трудностью своей веры они, должно быть, разумеют трудность сохранить целомудрие при обещании безбрачия, и удаляться от всех мирских удовольствий, за что себя одних называют духов­ ными, прочих же мирскими, но на высоте идеальных требований они далеко, как увидим, не удерживаются.

Судя по скрытному характеру сектантов, нелегко узнать и опреде­ ленно изложить их вероучение; но столь же трудно и скрыть тайны, известные многим, хотя бы и под клятвою. Существование же горниц, где совершаются моления сектантов, ни для кого уже не составляет тайны и скрыть их совсем невозможно. До 1866 г . в Монаенках существовало пять моленных сектантских горниц у крестьян Зота Власки на, Никиты Фомина, Стефана Ефимкина, Ивана Курова и Матвея Быкова, из которых последний был холост. Со смертию Власкина и Осмина горницы их потеряли всякое значение, а с пожара 1866 г . и 1867 г . более не возобновлялись

В настоящее время в Монаенках есть три молельных горницы у крестьян Льва Стефанова Ефимкина, Семена Ерофеева, Курова (приемыша Ив. В. Курова) и Ивана Иванова Алпатова. Алпатов в нынешнем го­ ду получил горницу по наследству от девки Феклы Фединой, жившей вместе с Быковым, по смерти которого все имущество его перешло к ней. Федина, умирая, по слухам, завещала Алпатову не сносить горни­ цы с места до трех лет. Исполнится ли завещание Фединой, сейчас нельзя ничего сказать положительного, так как Федина умерла недав­ но, и Алпатов не решил еще, что ему делать с горницей.

Настоящими заправилами в «горницах» Ефимкина — сам Ефим кин, Курова — Андрей Степанов Куров, а по некоторым известиям Анохин — крестьянин села Кузьменок, у Быкова — Егор Сергеев Свечников.

Горница, келья, имеющая назначение моленной, есть обыкновен­ная пятистенная изба, стоящая или посреди двора, или в задней стене двора. Внутри горницы — по стенам лавки, уставленные для сидения; по сторонам переднего угла две полки с помещенными на них иконами большею частью суздальского произведения с пошибом раскольниче­ ским. Исключая икон и ручной кадильницы, здесь нет никаких принад­ лежностей богослужения, нет почему-то и стола, нет и никаких книг, но это потому, что сектанты неграмотные все и не расположены к гра­мотности. Лет десять назад к ним пришло откудо-то послание, которое они, за неимением между ними грамотного, давали читать ученику здешней школы. Какое содержание таинственного послания, сказать ничего теперь нельзя, так как читавший послание ученик, а теперь на­ родный учитель в Владимирской губернии, рассказывавший другим о послании, нисколько в то время им не интересовался и ничего из него не запомнил, кроме того, что оно шло из Тамбовской губернии.

Насколько можно судить по отрывочным сведениям, полученным в Монаенках, главные черты учения здешних сектантов состоят в следующем:

а) Сектанты учат, что на крестины и свадьбы ходить не следует, хотя детей своих женят и справляют свадьбы, как и все, по их мнению, мирские; б) Вино запрещают пить только зеленое — «зеленку», а крас­ ное, по слабости, позволяется. Однажды был такой случай. Крестья­ нин Авдеев, бывший голова волости, сектант, ныне уже умерший, при­ ехал в деревню Величию, где в кабаке на тот раз красного вина, хотя бы и наливки, не случилось; все вышло; деревня наполнена такими, как и он сектантами. Но при таком неожиданном случае Авдеев не растерялся; для успокоения совести он попросил своего писаря пережечь немного сахару и пустить в водку; водка немного покраснела и Авдеев пил ее уже ничтоже сумляся. Но это не значит, чтобы сектанты про­ поведовали трезвость под маскою лицемерия; напротив, избегая по ви димому «зеленки», они упиваются квасом, который делают на вощине и который под названием «староверского» и сладок и в то же время очень опьяняет; в) Иные, т.п. истые сектанты не пьют чая с сахаром, почитая его скоромным и заменяют его леденцом, постным сахаром, а то и медом, но таких только один; г) Сектанты заповедуют мясо не есть, картофелю тоже, хотя та и другая заповедь почти не соблюдает­ся; д) В особенности же требуют от своих собратий с женою не иметь законного сожития, а жить с ней как с сестрой, неженатому не же­ ниться, а девице не выходить замуж. Но не смотря на то, многие деви­цы имели и имеют незаконнорожденных детей. Если девица сектантка рождала, то в прежнее время изгоняли ее из секты, тоже было и с замужними. Чтобы казаться целомудренною, сектантка нередко прибе­ гала к изгнанию плода. В настоящее время этого не слышно или от то­го, что настоящие заправилы сектанства в Монаенках не имеют такого авторитета, какой имел напр. Куров, который славился тем, что к нему издалека приезжали за какою то благодатию или от того, что они и сами уже не отличаются целомудрием, а потому и не строго требуют его от других. У каждого из них в доме бывало совершенно чужих по од­ной, или по две девицы, которые хотя считались духовными сестрами, но на самом деле заменяли жен. Так, Быков, человек холостой, до са­мой своей смерти, держал у себя в доме девицу Феклу Федину, кото­ рой по смерти завещал свое имущество, состоявшее из денег и земли и с которой он жил как муж с женой, о чем передавал одному из местных священников теперешний заправитель в моленной Быкова крестьянин Егор Сергеев Свечников и говорил об этом, как о всем извест­ ной вещи. При поступлении того же священника в приход в 1866 г . он застал в доме другого заправителя моленной Курова двух девиц, совер­шенно для него чужих и между тем распоряжавшихся в доме на правах полновластных хозяек. Лев Стефанов Ефимкин, начальник и хозяин третьей горницы, человек в настоящее время лет под 60, но вполне со­ хранившийся, в короткое время переменил три молодых девицы, из ко­торых каждая, хотя не жила с ним в доме (у него и без того большое семейство), но почти что постоянно бывала у него в горнице, где он проводит большую часть времени, пила с ним чай, бывала вдвоем на пчельнике, ездила в Белев на одной повозке. Что в своих отношениях к каждый из них он был не безупречен, видно, между прочим, из того, что когда Ефимкин, на место девицы Анны Ильиной приблизил девицу Марию Стенину, то Ильина употребляла все возможные меры, чтобы оттеснить свою соперницу и возвратить себе благоволение Ефимкина. В настоящее время и девица Стенина потеряла его благоволение, и ее заменила девица Тришкина. При всем том, Ефимкин представляется человеком набожным, редко когда не бывает при богослужении, при своем богатстве степенен, важен и свысока смотрит на других, девиц же располагает в свою пользу частию льстивым характером, частию своим авторитетом и угрозами —отлучить от своей келии. Отметим некоторые обычаи сектантов. Когда принимают они кого-нибудь в секту, то, надев на того белую длинную рубаху, вводят в собрание одетых таким же образом мужчин и девиц, заставляют его клясться пред иконами, под угрозами гнева Божия и внезапной смер­ ти, не открывать своей веры ни роду, ни племени, ни отцу родному, ни попу на духу, а кого будут гнать за веру, сечь кнутом, жечь на огне и кто пострадает за веру, тому обещают венец мученичества на небе. Затем в собраниях начинают радеть, для чего молятся, ходят, так назы­ ваемым, кораблем, поют стихи под такт, ударяют руками по коленам наподобие птиц взмахивающих крыльями. Стихи эти довольно бессо­держательны, но приводят в восторг сектантов, один из них, оставив­ший потом собрания и обратившийся к церкви, старик Кисликов, ныне умерший, рассказывал другим, что стихи эти начинались так: «голуби, голуби, слеталися голуби, уж вы голуби, голуби! Клюйте пшеничку, на клин не ходите... Или так: ой духи благодати, благодати»... Все это пе­ лось под такт. Название голубей, которое усвояют себе сектанты отча­ сти указывает на самый род секты, к которой они принадлежат. Другое указание на секту видно в пророчествах сектантов; начальник их пророчествует вообще и каждому в отдельности. Так, тот же старик Кисликов, о котором упомянуто прежде, на вопрос священника о вере сектантов говорил: «батюшка, нельзя мне тебе сказывать: узнает, все узнает (Куров). Когда станешь на колена, он подойдет ко мне и гово­ рит: «старик! Язык свой держи покороче». Или: «молимся, молимся, вдруг как заговорит: молитеся, братья, христианская душа отходит».

Предметом пророчества сектантов служат большею частью буду­ щие пожары в Монаенках, какие-либо общественные несчастия, смер­тные случаи и т.п. О пожарах в Монаенках можно почти всегда пред­сказывать безошибочно, при тесноте и скученности здешних построек редко проходит год без пожаров; но пророчество их за исключением слов, сказанных Кисликову и вызванных знанием близких отношений его к священнику, обыкновенно не сбываются и даже легковерные сек­ танты мало им верят. Так один из таких мнимых пророков в смерти Бы­ кова ошибался в продолжении шести недель, пока она не последовала сама собою.

Начальника моленной сектанты называют «батюшкой», а девицу, или жену его «матушкой» и к начальнику, кажется, подходят под бла­ гословение. Так, упомянутый выше голова волости Авдеев, пришедший в дом к Быкову с крестьянином Воронковым, подошел к нему под благословение, и Быков благословил его; Воронков же, как не принад­ лежащий к секте под благословение не подходил.

По умершим сектанты, совершив помин в церкви, совершают по нем поминовение и в своей моленной, причем бывает и угощение со стороны родных умершего и раздается милостыня иногда по 20 коп. Так, в прошлом году Федина разменяла с этой целью 5 рублей на двугривенники в лавке местного торговца Романова, а так как помин был в моленной Быкова, то, полагая по 20 к. на посетителя, можно опреде­ лить приблизительно число всех посетителей моленной.

Для поддержания моленной, сектанты-хозяева эксплуатируют приходящих в нее и даже умирающих. Содержание горницы не убы­точно хозяину и доставляет ему даже доходную статью. Каждый сек­тант, идя в собрание, обыкновенно несет с собой на тарелку свечу и лепту, что составляет прямой доход хозяину молебной. Когда умирает сектант, то сектанты, особенно сектантки, всячески стараются по­ больше выманить у умирающего пожертвований на горницу будто бы на помин души его, на самом же деле всякие жертвы, за исключением употребляемого на угощение, идут в пользу хозяина кельи.

При поступлении в секту, сами давая обет безбрачия в силу своих принципов из гнушения браком, сектанты всячески стараются удержи­ вать и дочерей своих от выхода в замужество и иногда против воли их увлекают в секту. Потому иная девушка и не прочь бы выйти замуж, но родители не пускают, и вот одна из причин умножения незаконно­рожденных. Но случалось и так, что невесты, увлеченные в секту по­мимо их желания, или по неведению, вступали в брак и без согласия родителей. В прежнее время, когда в Монаенках было еще три штата, такое венчание сектантов практиковалось довольно часто. Из всего го­ дового числа свадеб от 30 до 40 половина невест была из «темных», как их тогда звали. При этом, конечно, не могли быть строго соблюдае­ мы предбрачные формальности; венчали невест без предварительного оглашения, что хотя было не по закону, но много содействовало умень­ шению числа сектантов. Отец невесты, ревнитель преданий секты, по­ сле свадьбы для виду иногда не принимал к себе дочери, но потом дело кончалось обыкновенным миром, и свадебный пир к обоюдному удо­ вольствию шел своим чередом. Такие свадьбы продолжались, кажется, до 1868 года. В этом же году на свадьбе крестьянина Косолапого с де­ вицею Александрою Мартыновой произошла в церкви драка между родными жениха и невесты; призван был становой, составлен акт о драке и передан мировому судье и, кроме того, ко владыке. Назначено было следствие, священник Богоявленский был обвинен, до решения дела был запрещен в священнослужении, и дело кончилось не в пользу Богоявленского. Такой исход дела ободрил сектантов, и они торжествовали.

При венчании подобных свадеб был и такой случай. Отец невесты (Во[а]льков) хорошо знал о намерении своей дочери выйти в замуже­ство и единственное средство не допустить свадьбы, это, по его мне­ нию, помешать дочери пройти в церковь к венцу. Священник П. Докторов не соглашался с отца взять сумму, следующую за невенчанную еще свадьбу. Тогда Вольков с родными пришел к церкви и ждал прохо­ да дочери; но священник Докторов посоветовал одеть невесту в солдатскую шинель, благодаря чему, когда отец ее с напряженным вниманием устремлял взоры в пространство, откуда должна пройти дочь его, она прошла мимо отца незамеченною и была обвенчана. До самой смерти своей Вольков не мог забыть этого оскорбления со стороны священника Докторова.

Отсюда видно, что монаенские сектанты не разрывают связи с цер­ ковью, не имеют и враждебного к ней отношения и хотя любят себя на­ зывать староверами, но они не староверы уже потому, что раскол во­ обще враждебен к церкви, а здешние сектанты нет; зачни они в чем нибудь вражду к церкви, православные стали бы избегать их, даже нена­ видеть, между тем как сектанты пользуются их симпатиями; право­ славные не выдают сектантов, но скрывают, вследствие чего и сами не­ заметно увлекаются в сектантство. От того в Монаенках нет ни одного сектанта, который родился бы и воспитался в сектантстве. Православ­ные поступают в секту обыкновенно в таких летах, когда страсти и чувственность слабеют и при таких условиях, которые наиболее бла­ гоприятны удалению от мирских удовольствий. Находящемуся до того времени в недрах церкви, привыкшему исполнять все таинства ее и об­ряды, сектанту трудно порвать всякую связь с церковью, еще труднее стать во враждебное к ней отношение и потому то большинство сек­тантов на столько же номинально принадлежат к секте, как и к право­ славию. Они лицемерят, когда выдают себя за православных, но одним лицемерием нельзя объяснить стремления их исполнять требования церкви. Пред смутным сознанием их носится еще идеал церкви, кото­рой они обязаны послушанием, но идеал этот представляется им все смутнее и смутнее, пока совсем не потеряется из вида. Тогда то выступает на сцену тайная пропаганда секты и под покровом таинственности увлекает легковерных.

По слухам, заслуживающим полного доверия, жертвою такой про­паганды подчас являются не одни неграмотные, но и грамотные, по своему, ученые крестьяне. Таков учитель Варваринской школы, в 8 верстах от Монаенок, Иван Петров Кашуркин, крестьянин деревни Петровой, бакинского, кажется, прихода, Белевского уезда, совращенный в скопческую секту на прошлой страстной, или светлой неделе. Кашуркин и прежде не долюбливал своей жены, а поступив в число последователей секты, сродной с монаенскою сектой, и совсем бросил ее, всю страстную и святую неделю прожил в селе Песковатом, кото­ рое издавна заражено скопчеством.

Монаенские сектанты имеют связь и с сектантами Новосильского уезда села Нижней Залегощи, где главное действующее лицо скопче ско-молоканской секты Семен Тимофеев Расторгуев, ремеслом плот­ ник строил в Монаенках теперешнюю деревянную церковь. Прошлой зимой Расторгуев был в Монаенках у Ефимкина, дому которого он давний знакомый и приятель; был он здесь проездом в Белев. Со своей стороны и Ефимкин, будто бы проездом в Ливны, для закупки лошадей, был у Расторгуева. Последний в бытность свою в Монаенках на­ нял себе в работницы девицу Анну Ильину, с домом которой он тоже знаком со времени постройки здесь церкви, когда церковным старо­стой в ней был Филипп Иванов Ильин, дед девицы Анны, тоже сектант. Очевидно, что Расторгуев считает монаенских сектантов своими единоверцами, так же, как и они Расторгуева своим единоверцем, на каковую связь их указывают и официальные дела о нижнезалегощин ских сектантах.

По всему видно, что секта, существующая в Монаенках, не есть ни чисто хлыстовская, ни чисто скопческая, но близко подходит или к секте, так называемых, людей божиих, или к скопческомолоканской секте.

Для противодействия здешнему сектантству, до сих пор все меры оказывались бесплодными. Монаенские сектанты по внешности не враждебны церкви, но внутренняя связь их с нею порвана; это враги церкви скрытые, домашние, притворяющиеся друзьями, а с открытыми врагами легче иметь дело, чем с такими друзьями; на стороне открытого врага, напр, раскола стоит, по крайней мере, грамотность, начитан­ ность; на стороне такой секты, как монаенская, стоит непроглядное невежество, не поддающееся никаким убеждениям. Раз как-то прибыл сюда, для убеждения сектантов, известнейший русский писатель гр. Л.Н.Т., в одежде пилигрима и заговорил с ними их языком, которым владеет в совершенстве. Пока шла речь о вещах обыденных, сектанты слушали его; но лишь только заговорил он о вере, как они тотчас же ушли от него. «Если бы сюда для проповеди слова Божия, сказал он, явился св. Евангелист Иоанн Богослов, здешние сектанты и того не послушали бы». Сказав это, проповедник и сам удалился от негостепри­ имных сектантов монаенских. 

Прот. Г. Панов